Санлһн
Өрүн нүдән секн,
Өөрән эцкән үзв.
Шилнь мөстсн терзәр
Шилтҗ хәләһәд зогсв.
Өрвәд орнасн босад,
Өөгүрнь давад давув.
Тачкнсн үвлин киитн
Терзиг эрәләд зурҗ.
Көндрл уга терзүр хәләһәд,
Көвүн цаган эцкм сансн.
Көнҗл дорас босхҗ авад,
Киитн Сиврүр туугдад йовсмн.
Нәрн бичкн насндан
Нааддг зав уга.
Үлү зүсм өдмгиг
Унтлго көдлҗ олдг.
Комендантын догшн даҗрлһнд
Көгшн, баһнь һәәлгдв.
Көрә боднцг хотта
Күчр зовлң үзцхәв.
Һанцхн ахнь дәәлдҗ йовла.
Геедрсн — һундлта зәңг ирлә.
Гейүрҗ экнь көвүһән күләлә,
Генткн көләрн орад ирвзә.
Эңдән киитн Сиврт
Экиннь цогцнь үлдв.
Эрлг Номин-хаанд
Экин сүмсн даалһгдв.
Хаврин сарин эклцәр
Хөвтә зәңгнь ирв.
Хальмгуд хәрх зәрлг
Хаһрсн сумншң болв.
Эрәтрәд көрсн шилд
Экиннь дүрсинь үзсн.
Киитнд көрсн терзд
Күнд җирһлән сансн.
Воспоминание
Рано утром, глаза открыв,
Я отца увидал у окна.
Он стоял там совсем один.
Сквозь стекло он глядел... Куда?..
Удивлённо с кровати встав,
Подошёл к нему тихо я.
Сам трескучий мороз рисовал
Все узоры в окне для меня.
Мой отец неподвижно стоял.
Что он видел в замёрзшем окне?..
Как когда-то, так рано встав,
Был он изгнан в Сибирь налегке?
Как ему недосуг играть
Было с давних уже детских лет:
Надо хлеб свой на жизнь добывать,
Не до сна, когда пищи всем нет.
Как под гнётом комендатур,
Под надзором был стар и млад,
И картошки мёрзлой тот вкус
Не забыть, как пришлось страдать.
Как отца старший брат ушёл
На войну — не вернулся: пропал.
Как ждала его мать, чтоб пришёл —
Вдруг вернется, он так еще мал.
Там, в Сибири, отцовская мать
Навсегда осталась в земле.
«Эрлик-хан её душу, знать,
Приютил», — так сказали мне.
А в начале весны пришла
К нам, в Сибирь, благодатная весть,
Что настала калмыкам пора
Возвращаться в родную степь!
Хоть навечно сослали нас,
Но надежда жила в сердцах.
Вот и выстрелил тот указ
По неправде, изгнавшей нас.
...Мой отец стоит у окна.
Что он видит в замёрзшем стекле?..
