Кукушкин пест

Автор:
Надежда Мальцева
Перевод:
Надежда Мальцева

Кукушкин пест

 

Лучи утреннего солнца заглянули в окно и ласково погладили лицо спящего мальчика.

Ванёк — так его звали — открыл глаза. Его губы растянулись в улыбке: нос учуял густой, аппетитный запах свежеиспеченного хлеба. К нему примешивался еще один приятный аромат. Бабушка, видимо, уже испекла пирожки с пистиками*.

Вчера после уроков Ванёк с бабушкой ходили в Шорйыв собирать их. Шорйыв — это широкое поле за берёзовой рощей, где сеют рожь, а иногда ячмень. На жнивье густой щетиной взошли пистики: сочные и толстые, с большой палец. Только головки торчат из земли: выдернешь — розовая крепкая ножка хрустнет-брызнет соком. Бабушка с внуком и не заметили, как наполнились их корзинки.

Отец как-то сплёл для мальчика небольшую лёгкую корзину под грибы-ягоды. Теперь она была полна и стала такой тяжёлой, что немела рука. Мальчик даже немного отстал от бабушки.

Бабушка заметила, что внучек устал, и хотела взять у него корзину, однако Ванёк отказался от помощи:

— Баб, я ведь не девочка, а мужчина: сам собрал — сам и донесу.

Бабушка улыбнулась:

— Ну, сам так сам. А я ведь, Ванёк, тоже немного устала. Может, чуть-чуть отдохнём?

Ванёк промолчал в ответ.

Бабушка с внуком прошли ещё немного и заметили сваленное ветром дерево. Не сговариваясь, они остановились и с облегчением поставили свои корзины на землю. Старая женщина, чтоб не запачкаться выступившей на стволе смолой, постелила на дерево свой фартук, и они с внуком дружно опустились на получившееся сиденье. Немного помолчали, прислушиваясь к мелодиям весенней природы. Солнце пошло уже на закат, и тени от деревьев удлинились. Где-то закуковала кукушка.

Ванёк начал считать, сколько лет она ему накукует, пока он будет взрослеть, однако сбился раз и второй и оставил эту затею.

После недолгого молчания мальчик обратился к бабушке:

— Баб, а ты знаешь, что северные коми-пермяки** называют пистики словом «кэктоин», что означает «кукушкин пест»? Нам об этом сказала на уроке коми-пермяцкого языка Мария Алексеевна.

Бабушка кивнула головой:

— Знаю, я ведь родилась и выросла в селе Коса, на севере, а замуж вышла за твоего деда Степана. Он и привёз меня сюда, на свою родину.

— Баб, а почему северные коми-пермяки дали пистикам такое название — кукушкин пест? — не отстаёт внук.

— Когда-то я тоже, как ты, была маленькой, и мне моя бабушка рассказывала, что у кукушки был пест.

Видел выструганный из дерева пест, который лежит в чулане? Его сделал для меня твой дед, чтобы я толкла в ступе ячмень, шелушила крупу, а осенью во время засолки толкла капусту. Семья была большая — капусту на зиму засаливали бочками. Из ячменя крупу лущили в ведёрную кадулю***.

У кукушки когда-то тоже была большая семья, поэтому птица, как и люди, пользовалась пестом. Только птичка сама-то небольшая, вот и пестик у неё был маленький.

Однажды жаворонок попросил на время пест у кукушки. Он всю ночь толок крупу, а утром взошло солнце, и он не успел вернуть пест кукушке — ведь надо было в небо подниматься, начинать дневную песню. Жаворонок взлетел навстречу солнцу, залился пеньем, а пест в это время украла мышка-воровка и спрятала в землю.

Ждала-ждала кукушка, когда ей вернут пест, — так и не дождалась. Крупу толочь птице стало нечем и семью кормить нечем. Вначале от кукушки сбежал муж, а потом ей пришлось раздать соседям своих детей. И осталась кукушка одна-одинёшенька. Вот до сих пор она и плачет-кукует из-за песта: «Кук-ку, где мой пест?» В одиночестве, без семьи, ей очень грустно.

А мышка спрятала в землю украденный пест, но место забыла. Деревянный пест лежал-лежал да и пошёл в рост, пустил корни. В поле взошли растения, похожие на маленькие ёлочки, — всходы напоминали пестики.

Люди назвали это растение кэктоин, что значит на коми-пермяцком языке «кукушкин пест».

Бабушка умолкла, а кукушка снова принялась куковать: «Кук-ку где? Кук-ку где? Пест мой где?..»

Вчерашний поход за пистиками и бабушкин рассказ произвели на мальчика глубокое впечатление. Ему до сих пор было жалко кукушку, но утреннее солнце и ароматы, наполнявшие весь дом, перебороли его чувства. Ванёк скинул одеяло, вскочил и побежал на кухню.

Бабушка смазывала маслом только что испёкшиеся румяные пирожки. Увидев внука, она заулыбалась:

— Проснулся, помощник? Умойся — будем завтракать. Смотри, сколько пирожков напекла.

— А папа с мамой где? — спросил Ванёк.

— Разве забыл, что сегодня воскресенье? Уехали в город за покупками. Там сегодня ярмарка. За хорошую учёбу обещали тебе велосипед.

У мальчика засияли глаза, он побежал к умывальнику. Душистым мылом Ванёк намылил руки, лицо, маленькой синей щёткой почистил зубы, оделся и сел за стол.

Бабушка налила в кружку с красными кружочками молока и поставила перед внуком. Пирожки получились мягкие, ароматные, так и просились в рот. Умяв несколько пирожков, Ванёк предложил бабушке:

— Баб, унесём кукушке пирожок с пистиками. Может, она перестанет так грустить-куковать.

Бабушка внимательно посмотрела на него:

— Ты всё ещё жалеешь птичку? Сердобольный ты у меня растёшь. Успокойся уж — я ведь сказку рассказала. Разве птицы умеют крупу толочь? Да и из деревяшки растение уже не вырастет.

— А почему тогда пистики называют кукушкин пест?

Бабушка снова посмотрела на внука:

— А ты, Ванёк, не догадываешься? Подумай, когда пистики всходят.

Мальчик насупил брови и на какой-то миг затих. Однако через несколько секунд лицо его озарила улыбка:

— Понял, когда начинает куковать кукушка, тогда и появляются пистики. Наверно, поэтому и назвали северные коми-пермяки это растение «кэктоин», что значит «кукушкин пест».

 

* Пистики — побеги полевого хвоща, употребляемые коми-пермяками в пищу.

** Северные коми-пермяки — жители Гайнского, Косинского и Кочёвского районов Коми-Пермяцкого округа.

*** Кадуля — деревянная кадка для хранения зерна.

 

Рейтинг@Mail.ru