Куртка

Автор:
Ханпери Назирова
Перевод:
Ирина Ермакова

КурткIа

 

Дек` раIгьмаIтеехъа ааIс мее, Карым едикайи дек`кика геер хошбахтраний ешемишехье. Анджах хъийгъа гыргын кар бадалхьайн.

Карымна дек` пешекарний. Манкъвее кьыIдим хъалессе, ваIкьаIбы сувайле чолылхъа — Аджнавурылхъаний гьеъэкка, юххьанме, чолбы цIайын аххъассе оIгее, ваIкаIбы сувалхъа алхъыъы, быкырни къыIлина Кавказни сувабышди коксийлний ээхье. МанкъукIле дек`, менни джуни тайеершыкIле хьинне, сенее кьоIнаIххъеений къедже: са ваIкьаIбы сувалхъа аIлхъааIнкъаI, сайыр манбы сувале геечIуйнкъаI. ГьарнаIххъее балканыл` оо дек` бакIеенче хъооI къаджийнкъаI, Карым гул`ле хьинне джусхъаний къадайхьван. Дек` балканыле гичIуйкум мана дек`кини гарданыл`хъа къоркул, саIъаIтбына джука хуваIний эхьа.

Мани дакьийкьабышее Карымыс маIхуIдний хъадайле ки, гыргын дюн`йе джуни хьыт`хьалее вод. Дек`кин хъарий манкъус дюн`йебы гьувуйн хьиннеений ээхье. Дек` сенее кьоIнаIххъее къаджеейыр, мана мер хошбахтраний: манкъухъа декний вор! Мани замаанайни менни ушахааршыс хьинне джусыд дек`кике аIкьаIна ешемишхьес вардешхьайнний. ЧуIнки джукIле ацIанний ки, дек` нимее джуке аIкьаIна ихьеейыр, мысанме джар мер мана, гьамбашийн хьинне, балканыл` алихы, хаахъа хъалесданий.

Мани вахтал` кIалхозын хиледже ваIкьаIбыний гьивадже, ва эгьес ээхье ки, хивын гыргын адамеер ваIкьаIни къырагъыл`ний воохье.

КъыIлийна вахтний. ВаIкьаIбы мед, гьамбашийнбы хьинне, сувалхъаний илхъеечIу. Карымна дек`кир ваIкьаIни къырагъыл`ний вор. Карымее, улепбы йаIххъаI кIейхьы, ваIкьаIбышын сувайле авхъа геечIуйний гозет гьаъа.

Анджах гозет` гьидяъан джад, дехьесын джад са кар ээхье: манкъуна дек` сувал` ахтыни кьулеле къаъаюрхьу, ойтална.

Гьина кIаарна хабар хаахъа гьибхьыр мее, Карым гьайкьварна. Са йыгъ дек` дена ахвава манкъуни фыкыреехъа джад хъадайлен дешдий. Анджах къадинназ таалейн манкъука геед писин зарафат гьаъы: мана дек` дена ахва. Шенке вудж дек`кике аIкьаIна ешемишхьеейыр, манкъухъа умуд вобнаний ки, мысанме джар мер манкъвее, аккале ичIу, вудж шадаъасданий. Мани фыкырен гьамбаше манкъуни джанас рыIгьний гьелен, йикI` къуIмаIний аъа. ГьаIшде вудж къел-хыл` гьадкьурний аху.

Дек` раIгьмаIтыххъа аркIынийле хъийгъа, манбышын доланмышеебхьай геед дагъам хъехье. Хаана гынейна пиняк дек`ний вор. Едее цIайик` авуд тютюн гьеъээйыд, манчыке ыхьайн пыл нишыс джад къийхьар дешдий.

Касибийвал`ын манбы алябтIыний ааI. Карым хаIр хъыхьай летти, дек`кее сагърананкъаI манкъус алишщуйн палтарбы дар хъехье гидгъыл. Вахт хъабайле, дегье манбы джуни таналхъа хъуIдооI гидгъыл. Тезенбы алишщесыныд ааилейхъа пыл дешынний.

Сенбы оIтмишхьа айкIананбы. Карым дегье хаIр хъехье. Менни джуни синифеени гьамбазаарше хьинне джусыд абырыка тюлибы аляъасний ыккан. Манкъус, вуджее аляъийни тюлибышле, гьамбазааршыни оIгее нашний хъехье.

Мани сенид едиссе, сентябрын цIетдийн йыгъ хъалессе, гуджукда дихыс, уджузынбы ихьеейыд, тезе палтарбы алишщес аIхаI.

Цувул` са таIгьаIрыка вукIлеле гьаъийле хъийгъа, мыкIан кьыIдим хъадайле. Карым манчыс гьеч гьаззирра дешдий. Карым мактабеехъа йызык авур йиссейн пенджак алиъыний хъарайле. Едихъа манкъус пIалтIум, нейыд курткIахьеед алишщесын пыл дешынний.

Хаа охьанасын кар кьит`тида ыхьайхъа гора, мана вуджур геер ёххараний хъыхьа. МыкIаала манкъуни гыргыни джанееъаб ооккананий. Гьар мичIеер Карым пенджакыд алиъы, худ хьинне сары, мактабеехъа хъарайленаний.

Ушахааршыс гьамбаше манкъуна язухний воохье. Гьуджооме джад гьаъасний ыккан. ГьинаIхуIд адкIынее, мана кьыIдимына хъигъарасданий.

Анджах, сассайаIххъее ыIмыIрее гозет` гьидяъан джад карбы ээхье. Гьини элесыд маIхуIд ыхьа. Ушахаар, джукIле итдёвгьу, пылбы саъы, курткIа алишщесди джувабылхъа хъабайле. Манбыше увгьийн хьиннеейыд гьаъан.

Гыргын едяар, деккяар ушахааршыни гьини фыкырыле шадоохьенбы ва манбыше йикI`еенче курткIа алишщесын пылбы гьеленбы.

КьыIдимийни мыкIани йыгъбышди санчыл` Карым мер сатдирхьын мактабеехъа хъары мее, ушахаарше мана тезеда алишщуйни курткIайка сана гозет гьаъа ыхьа. Вудж синифеехъа ичIу мее, гьамбазаарше мана тезени курткIайка сана таIбрик` гьаъа. ЭкIда курткIа джулхъа аляъан. КурткIа джук` гьам аваакIайи, гьамыд ман джанал` геед югда гяваакIайи. Мана ушахааршыни гьини гьаракатыле маттехье ва гьуджооме джад гьаъас ахва. Шадвал`ын, гьамыр дек` йикI`ел хъары, манкъуни улепбышеехъа нагъбы садайле.

Гьин кар ман мее бирданда ээхье ки, мана гIале джуваб дена ахва. Мана гьамбазааршыс наIхуIбме миннатдарийваала агъмыш гьааъас ахвана.

Мани йыгъылхъа мее КарымыкIле шадхьай гьуджоо ыхьай йикI`елний гьидхын. Тезе курткIа танал` къаджы мее, сикIынни манзилее шадвал`ын манкъуни йикI`ен аккабы аахъа, ва мани йыгъыл` мана геер шадра хаахъа айкIан.

Хаахъа хъары, едикIле курткIа къаджы мее, ед` джигее хъорсун ээхва. Манкъуни йикI`ее шадваала, нашваалайи аджыIзийваала сана-санчылий аливку. Хъары мана дихык` хуIваI ээхьа, ва манкъвее хиледже гагьна дих хьылыбышеенче къекка деш.

Адамий дешди сенбышее саъийн гыргын дердбы, аджыбы, былахбы хьинне, манкъуни улепбышеенчейи хъооI. Ман нагъбыд джена ыIмыIр хьинне кьапIыдайи.

Куртка

 

Жил Керим счастливо и беззаботно с отцом и матерью до того дня, когда отец его покинул этот бренный мир. А потом всё изменилось.

Отец Керима был овчаром. До наступления холодов гонял он отару колхозного скота с гор в Аджинаурскую степь*, а весной, до того, как зной охва­тит эту землю, поднимался в горы и всё лето проводил среди альпийских лугов Кавказа. Керим, как и все его сверстники, виделся с отцом дважды в год: во время перегона овец в горы и, когда овцы спускались с гор. Еще издали заметив, как отец верхом на скакуне возвращается домой, Керим пулей мчался ему на встречу. Как только отец спускался с коня, мальчик бросался ему на шею и долго-долго обнимал, не скрывая своей радости.

В такие минуты весь мир был в его объятиях. Несмотря на то, что Керим лишь два раза за целый год мог радоваться возвращению отца, он все-таки считал себя счастливым человеком: ведь у него был отец! Керим, как и многие друзья его, привык жить вдалеке от отца, но всегда был уверен в том, что отец вернется. Рано или поздно явится на родной порог верхом на коне, как это бывало уже не раз.

В те времена колхоз славился своим овцеводством, овчарами работали почти все мужчины села.

Стояло лето. Овцы, как обычно, паслись на склонах горы. Отец Керима сторожил отару, а Керим неустанно вглядывался в ту самую дорогу, по которой обычно шёл отец, гоняя гурты овец. Мальчик тосковал по отцу, как никогда ждал его возвращения.

Но случилось ужасное, случилось то, чего никто не мог себе даже представить, то, чего не должно было произойти: отец Керима упал со скалы в пропасть и разбился насмерть.

Когда эта страшная весть ступила на порог их дома, Керим пал духом и сломался изнутри. Даже в самом кошмарном сне он представить себе не мог, что когда-нибудь останется без отца.

Но коварная жизнь сыграла с ним злую шутку: он остался без близкого сердцу человека. Несмотря на то, что раньше Керим жил вдалеке от отца, у него всегда была надежда на встречу с ним, и эта надежда согревала его душу. А теперь он походил на пичугу без крыльев.

После тяжелой потери, Керим и его мать еле-­еле сводили концы с концами. Закрома опустели. Несмотря на то, что мать с раннего утра до ночи работала в колхозном табачном поле под лучами палящего солнца, денег не хватало даже на самое необходимое.

Нищета стиснула сына и мать в своих холодных объятиях, подкашивала порог их дома, не давая спокойно жить. Керим рос, одежда, которую отец когда-то купил ему, стала мала и пришла в негодность. Нечего стало носить. Матери едва удавалось прокормить большую семью…

Годы шли. Керим взрослел. Он мечтал одеваться так же прилично, как его одноклассники. Ему было до слёз обидно и стыдно за свои обноски.

Огромных трудов стоило матери купить сыну, пусть дешёвую, но, всё же новую одежду в самый канун первого сентября.

Но к лютой зиме Керим оказался не готов.

И вот наступила холодная и долгая зима. Керим ходил в школу даже в снегопад в старом, сильно поношенном пиджаке. Мать не могла купить сыну ни пальто, ни даже примитивную куртку.

В тот год, недоедая, Керим сильно похудел. Холод проникал во все уголки его тела, сковывая силы. Каждое утро он надевал своё рубище и, сжавшись в комок, отправлялся в школу, подрагивая от трескучего мороза.

Одноклассники сочувствовали Кериму. Необходимо было срочно что-то предпринять. Зима с ее бесконечными холодами могла подорвать его здоровье.

Однако жизнь иногда преподносит сюрпризы. Так случилось и на этот раз. Одноклассники Керима, тайно от него, решили собрать деньги и купить ему куртку.

Родителей обрадовало доброе намерение детей, и они охотно поддержали ребят.

В один из морозных дней, когда Керим, как обычно, дрожа, подходил к школе, одноклассники уже поджидали его с новой курткой. И как только мальчик вошёл в класс, на него со всех сторон посыпались поздравления друзей — они дружно надели на него новую куртку. Куртка была как раз в пору и выглядела весьма красочно. Керим смутился, растерялся и не знал, как ему на всё это реагировать. То ли от радости, то ли оттого, что вспомнился отец, слезы блеснули в его глазах.

Это случилось так неожиданно, что он едва не онемел от восторга, не зная, как благодарить друзей.

В тот день к Кериму вернулась давно потерянная радость. На крыльях счастья он мчался домой, едва замечая прохожих.

Увидев на сыне новую куртку, мать растерялась. В её душе смешались и радость, и смущение, и беспомощность. Она медленно подошла к сыну и, не скрывая восторга, крепко прижала его к груди, долго-долго не отпуская.

Все горести, накопленные за эти годы, годы без мужа, капали слезами из её наболевших глаз. Эти слезы ничем не отличалоись от той жизни, которую она волочила по крутым серпантинам судьбы.

 

 

* Аджинаур — название местности в Шекинском районе нынешнего Азербайджана.

Куртка

 

Керим жил очень счастливо и беззаботно с отцом и матерю до той поры, пока отец его не покинул этот бренный мир. Потом всё изменилось.

Отец Керима был овчаром. Он до наступления холодов гонял отару колхозного скота с горы на низменность — Аджынавур*; а весной, до того, как зной охватит эту местность, поднимался в горы и всё лето проводил на лоне альпийских лугов Кавказских вершин. Керим, как и все его сверстники, имел счастье видеться с отцом дважды в год: во время перегона овец в горы и когда они спускались с гор. Всякий раз, когда Керим издали наблюдал, как отец его верхом на скакуне возвращался домой, он пулей мчался ему на встречу. Как только отец спускался с коня, он счастливо бросался ему на шею и долго-долго обнимал, абсолютно не скрывая сыновних чувств.

В такие минуты весь мир бывал в его объятиях. Несмотря на то, что он, в течение целого года всего лишь дважды имел возможность радоваться возвращению отца, все-таки считал себя счастливым человеком: ведь у него был отец! Как и многим сверстникам, Кериму было не привыкать жить далече от отца. Он никогда не терял уверенность, что его отец, несмотря на долгое отсутствие, рано или поздно явится на родной порог верхом на коне, как это бывало уже не раз.

В то время колхоз славился овцеводством, и почти всем мужикам села приходилось работать с овцами.

Было лето. Овцы, как обычно, паслись на склонах горы. Отец Керима был на страже отары, а неустанные глаза Керима в это время озирали ту самую дорогу, по которой шёл отец, гоняя гурты овец в сторону горы. Он ждал возвращения отца с неимоверной тоской, раздиравшую душу надвое.

Но случилось то, чего никто и не мог себе даже представить — то ужасное, что в принципе не должно было произойти: отец Керима упал со скалы и угодил в пропасть, где и разбился насмерть.

Когда эта мрачная, душераздирающая весть ступила на порог их дома, Керим пал духом, что-то у него внутри сломалось. Даже в самом кошмарном сне он и представить себе не мог, что когда-нибудь останется без отца.

Но коварная жизнь сыграла с ним злую шутку: он остался без близкого сердцу человека. Несмотря на то, что раньше он жил вдали от отца, у него по крайней мере была надежда на встречу с ним, и эта мысль подбадривала его и согревала душу. Но теперь он походил на пичугу, у коей отсутствуют крылья.

После тяжкой потери отца Керим и его мать еле-еле сводили концы с концами. Со временем опустели корыта хлебов. Несмотря на то, что мать с раннего утра до позднего вечера работала в колхозном табачном поле под знойными лучами палящего солнца, денег всё равно не хватало даже на самую необходимую утварь.

Нищета заключила в свой холодные объятия сына и мать, подкашивала порог их дома, не давая спокойно жить. С возрастом, вся та одежда, которую отец когда-то купил сыну, стала мала Кериму и пришла в негодность. Дошло до того, что ему и вовсе нечего было примерить из старых одежд. Матери едва удавалось прокормить большую семью…

Годы шли. Керим взрослел. Подобно своим одноклассникам, он мечтал одеваться прилично. Ему было до слёз обидно и стыдно за свои обноски.

Огромных трудов стоило матери купить сыну пусть дешёвую, но всё же новую одежду в самый канун первого сентября.

Но лютая зима никогда не заставляет себя долго ждать. Керим абсолютно не был к ней готов.

И вот наступила холодная и продолжительная зима. Керим ходил в школу в старом, весьма поношенном пиджаке, даже в период снегопада. У матери не было возможности купить сыну не то что пальто, даже примитивную куртку.

Из-за нехватки еды Керим очень сильно похудел за тот год. Холод проникал во все уголки его тела, сковывая последние силы. Каждое последующее утро он надевал своё рубище и, свернувшись, направлялся в школу, подрагивая от трескучего мороза.

Одноклассники не скрывали свою жалость к нему. Необходимо было срочно что-то предпринять. Если бы так продолжилось всю зиму, он не пережил бы её: нескончаемые холода подорвали бы его здоровье.

Однако жизнь нет-нет да преподносит сюрпризы. Так случилось и в этот раз. Одноклассники Керима тайно от него решили собрать необходимое количество денег и купить ему куртку.

Родителей обрадовало намерение их детей, и они охотно предоставили им необходимую сумму.

В один из морозных дней, когда Керим, как обычно, дрожа и кутаясь в рубище, направлялся в школу, одноклассники уже поджидали его с новой курткой. И как только он вошёл в класс, на него со всех сторон посыпались поздравления друзей, которые дружно надели на него новую куртку. Она была ему в самую пору и выглядела весьма красиво. Керим смущался от такого поступка со стороны друзей; от растерянности он и не знал, как на всё реагировать. То ли от радости, то ли от того, что на память пришёл отец, слезы заполонили его глаза.

Это случилось так неожиданно, что он едва не онемел от восторга, не зная, чем отблагодарить друзей.

Тот день ознаменовался для Керима возвращением давно потерянной радости. На крыльях счастья он мчался домой, едва замечая людей.

Увидев на сыне новую куртку, мать растерялась. В её душе перемешались и радость, и смущение, и беспомощность. Она медленно подошла к сыну и, не скрывая восторга, крепко прижала его к своей груди и долго-долго не выпускала.

Все горести, накопленные за годы отсутствия мужа, слезинками капали из её наболевших глаз. Они ничем не отличалось от той жизни, которую она волочила серпантинами судьбы.


*Аджынавур – название местности в Шекинском районе нынешнего Азербайджана.

Рейтинг@Mail.ru