Ыкалук

Автор:
Нина Энмынкау
Перевод:
Нина Энмынкау

Ыкалук

 

Ыкалук вместе со своими младшими братьями и сестрой Накаюк с детства остались сиротами и жили в яранге одни, и поэтому он ещё с детских лет, как, впрочем, и все науканские подростки, начал выходить на охоту на морзверя, чтобы прокормить братьев и сестру.

Сиротам в Наукане всегда помогало всё село. Здесь никого не оставляли один на один с бедой.

Став юношей, Ыкалук стал удачливым охотником. В своей жизни он перенёс немало тягот, лишений, испытаний. Как и всем остальным жителям Наукана, жилось ему нелегко, однако, как и они все, Ыкалук никогда не впадал в отчаяние. У него было много детей, которых он с малых лет обучал ремеслу охотника-морзверобоя. Семья у него была дружная, сыновья — удачливые. Помимо всего прочего, он был ещё прекрасным пекарем и отличным сказителем.

Но было в его жизни ещё одно событие, которое запомнилось на всю жизнь.

Было это в далёкие годы Великой Отечественной войны. Охотники на пушного и морского зверя добывали много пушнины, женщины вытапливали жир морского зверя, шили тёплую одежду для защитников Отчизны и всё сдавали в Фонд обороны.

Тогда в колхозе «Ленинский путь» охотники уезжали зимой на определённый период времени на охотничьи участки, расположенные далеко от родного селения. Они жили в тундре в избушках, отапливая их жирниками и плавником. Мужчины посменно уходили в тундру, через пятнадцать дней возвращались с добычей, их сменяла другая группа охотников.

Ыкалук с двумя другими охотниками Кылгыном и Симиухаком долгое время жили зимой в такой избушке в Поутене (Пихтук).

В январе и феврале стояли крепкие морозы, бушевали сильные пурги. Целый месяц дул сильный ветер. В селении уже начали беспокоиться о них, ведь в такое время не было ни запасов топлива, ни мяса морзверя. А сильный ветер и постоянные пурги не позволяли выйти на охоту на припай. И домой в селение не вернёшься в такую погоду.

Припасы еды и топливо у них быстро закончились. Охотники как могли старались сберечь остатки топлёного жира. Кылгык и Симиухак начали поговаривать о том, не попытаться ли им вернуться в селение?

И вот в один из дней, когда ветер, казалось бы, начал стихать, двинулись они в путь.

А в селении тем временем с утра началась суета, возле каждой яранги велись сборы: снимали с вешал нарты, запрягали в них собак, на нарты грузили продукты питания, жир, топливо, чтобы доставить всё это в тундру охотникам.

И вот уже нарты выехали в путь.

Когда охотники вышли в путь, у Ыкалук не было уверенности, что они смогут благополучно добраться до дома.

И действительно, на полпути снова задул сильный ветер, поднялась пурга.

Вскоре Ыкалук потерял из виду своих товарищей и сам не знал, куда надо двигаться. Он всё полз и полз по снегу, временами теряя сознание, не зная, где находятся его товарищи. Руки и ноги уже от холода потеряли чувствительность. Но он упорно продолжал ползти вперёд и уже не помнил, когда пополз в обратную сторону, к избушке.

Приподняв голову, в пелене пурги он сумел различить смутную чёрную точку.

Может, это была избушка? Да, это была она. Из последних сил Ыкалук добрался до неё, ввалился внутрь, а там хоть и нет пурги, но, кажется, ещё холоднее, чем на улице. Внутри всё заледенело.

Но что с его товарищами? Может быть, им всё же больше повезло и они таки добрались до Наукана? Его начало клонить в сон. И вдруг сквозь дрёму ему послышался лай собак. Или это ему снилось? И человеческие голоса различал Ыкалук. Неужели пришла помощь?

Каюры-охотники Келнетегин, Умка и другие разыскали в пурге избушку и оставшегося в живых в ней Ыкалука и сразу решили везти его в больницу в Лаврентия.

К несчастью, оба его товарища замёрзли в тундре. А Ыкалуку врачам пришлось ампутировать несколько пальцев на руках и ногах.

Но пушнина в Фонд обороны продолжала поступать.

Вот так ценой собственной жизни чукотские охотники на трудовом фронте приближали нашу общую Победу.

Уже в мирное время Ыкалук рассказывал, как проводится обрядовый праздник Кита — Полъа.

При подготовке к празднику сначала из мясной ямы вытаскивают мясо и кожу гренландского кита. Кожаные ремни, которыми пользовались во время охоты на кита, заносят в ярангу и тяжёлым предметом на специальном камне долбят, пока они не станут плоскими. Затем уже плоский ремень режут на тонкие ремешки, которые в качестве дара преподносят членам байдары, добывшим великана, и их семьям.

Во время обрядового праздника члены байдарной команды и их родственники опоясываются этими ремнями — тафсиукат. В ярангу же вносят вёсла, охотничьи принадлежности, которыми охотники пользовались во время промысла. Всё это закрепляется в верхней части полога, на них кладётся одежда.

Выбирается руководитель праздника — аехты. Обычно это один из старейшин рода, добывшего кита.

На следующий день после охоты байдары переворачивают, чтобы на них положить угощение — мясо, кожу кита, и одаривают этим угощением пришедших соседей.

С наступлением нового дня в той же яранге разучиваются песни, готовятся к танцам — саяяхканун. Женщины рода, добывшего кита, должны показать приглашённым танцы, сидя на возвышении. Они украшают себя бусами, на головы надевают повязки с перьями.

Каждый из членов байдарной команды должен иметь свою песню.

И когда подготовка к празднику завершена, созывают всех жителей селения, обходят яранги, заглядывают внутрь и говорят:

— О-ок, камай, саехси!

Им отвечают:

 — Э-ге-гей!

А те в ответ:

 — Эй, в яранге, вас зовут на праздник!

В землянку собираются жители селения. Там на возвышенном месте сидит группа женщин — саяяхкат (женщины, которые должны танцевать сидя). По бокам находятся двое мужчин с бубнами. Начинается исполнение песен. Затем, когда соберутся все приглашённые, исполняется старинная песня рода, добывшего кита, а женщины сидя исполняют танец — саякут.

Если кто-то из членов байдарной команды хочет исполнить свой личный танец, он выходит на середину и танцует.

После представления собравшиеся расходятся, чтобы на другой день прийти в общую землянку и снова встретиться там с теми, кто устроил праздник.

Но если кто опоздает, тот получает наказание: все мумгыт — палочки для бубнов — закидывают в ярангу тем, кто вовремя не явился, после чего охотникам, добывшим кита, разносят угощение.

Во время праздника никогда нельзя говорить, что у кого-то из присутствующих нет в семье какой-либо вещи. Если кто-то на празднике сказал, что у него в яранге нет какого-то необходимого в хозяйстве предмета, то его попросту завалят этими вещами, как это однажды произошло с самим Ыкалуком.

На празднике проводятся различные спортивные состязания на силу, выносливость, ловкость, потому что охотник, добытчик для своей семьи, должен уметь всё — быть сильным, ловким, умелым, выносливым, смелым, быстро бегать, не зная усталости.

Однажды на празднике Тынарын, родственник Ыкалука, состязался с ним — амутагутакукук. Держась за палку обеими руками при прямых ногах, соперники должны были перетянуть друг друга. Во время короткого перерыва Тынарын достал свою трубку и закурил. Ыкалук же был некурящим и, глядя на Тынарына, сказал, что если бы он был курящим, то, наверное, затянулся бы глубже, не предполагая, что этой своей фразой допустил оплошность.

В один из праздничных дней в ярангу к Ыкалуку зашёл его брат Кайкатегин и пригласил его выйти, присоединиться к остальным. Ыкалук согласился. А в яранге, где обычно собирались люди, старики рассказывали разные истории, легенды, сказания и предания. Ыкалук сел на возвышенное место, где обычно женщины исполняли танец сидя, и тоже с интересом стал слушать рассказчиков. Спустя какое-то время Тынарын засобирался и вышел из полога. Вслед за ним потянулись и другие члены байдарной команды.

Ыкалук заподозрил, что всё это неспроста.

Через некоторое время Тынарын вернулся с большим деревянным блюдом, наполненным листовым табаком. За ним вошли и другие члены бригады, которые тоже несли табак, и начали складывать его возле Ыкалука.

Целую гору табака наложили.

Как его унести домой? Ыкалук собрался и пошёл домой, а охотники помогли донести ему табак в его ярангу. Тесть увидел всё это и с усмешкой спросил Ыкалука, что же такое случилось, что его зятю подарили столько табака? А свекровь наполнила все деревянные блюда угощениями из холодной части яранги, где хранились мясо, жир, шкуры нерпы и лахтака.

Гости ушли довольные.

Так что никогда нельзя говорить о том, что у тебя дома чего-то нет.

Случилось это в 1922 году. Далеко-далеко ходила за китами американская двухмачтовая шхуна «Карлук».

Однажды она подошла к острову Врангеля, на котором тогда ещё никто не жил. Море в ту пору было забито льдом. И вот льдины пробили корпус шхуны. Пришлось команде со шхуны перетаскивать груз на лёд, потому что судно начало тонуть. Один эскимос по имени Катактугвик, молодой парень с мыса Тыкыгак, работал на этой шхуне гарпунёром.

Так и оказались китобои на острове Врангеля. Они привезли с собой даже брёвна и собачью упряжку, построили жильё, а когда лёд уже основательно встал, капитан решил по компасу добраться на собачках на материк.

Катактугвик был у него каюром. С собой они взяли палатку, тёплую одежду, запас еды. Ехали по льду на собачьей упряжке. Ночью останавливались на отдых. С собой у них было ружьё, и Катактугвик добывал нерпу, которую ели сами и кормили нерпичьим мясом собак.

Арктика заставляет человека в целях выживания приспосабливаться к её словиям, и капитан тоже научился есть мёрзлую нерпятину.

К материку они шли целый месяц. Пришли в Рыркайпий и оттуда направились в Дежнёво (Канискук), где в то время жили американцы.

Но так как эскимос Катактугвик совсем не понимал по-чукотски, то, узнав, что рядом есть эскимосское селение Наукан, поехал туда, где остановился у Атаника, чья жена Ыгагуан, родом с местечка Элик, говорила на имакликском диалекте, который он понимал.

Двое, дошедшие до Дежнёва, говорили, что людям на острове приходится плохо, питаются они мясом морзверя.

Когда пролив освободился ото льда, моряки с подошедшего к острову американского судна, которые вели в тех водах охоту на моржей, увидели на острове идущий из трубы дым. Когда они сошли на берег, навстречу им из домика вышел всего один человек.

Оказалось, что остальные остались в доме, взяв на изготовку ружья. Но когда они услышали английскую речь, то отложили ружья в сторону и вышли наружу.

Зимовщики бросили на острове всё. Они с радостью погрузились на шхуну, где первым делом помылись и сменили одежду, и с наслаждением курили.

В Америку их отвёз известный на Чукотке торговец Свенсон, а эскимосских охотников из Наукана и Уназика Алека, Хухону и других высадили в их селениях.

По воспоминаниям Ыкалука, Свенсон, которого он видел, был высокого роста и хорошо говорил по-чукотски.

После этого на острове Врангеля людей не осталось. Уже потом туда пришёл советский пароход, и остров вошёл в состав Советской России. Туда поселили эскимосов из Уназика.

У Катактугвика после посещения им Наукана осталось там много друзей, которых он несмотря на то, что он жил далеко от Наукана, пригласил к себе в гости, и когда они прибыли к нему, он принёс кожаный мешок агуатахпак, доверху наполненный кожей гренландского кита, которой он угостил всех и потом дал каждому в обратный путь.

Рейтинг@Mail.ru