Джамиля делает лето

Автор:
Иса Капаев
Перевод:
Иса Капаев

Джамиля делает лето

Быль

 

Все ждали зимы, а ее не было. Часто шел дождь, с востока дули ветра, иногда стояли по-настоящему весенние деньки. У нас на Кавказе бывают такие теплые зимы. Давно минул Новый год, но не было самой главной приметы зимы — снега. Особенно его ждали дети: им хотелось поскорее достать из чуланов и кладовок санки, ботинки с коньками, хоккейные клюшки и шайбы.

Джамиля тоже ждала зимы. Ей было всего три годика, она еще по-настоящему не знала, что такое снег. Прошлая зима была очень холодной, с затяжными вьюгами, но Джамиля ее толком не запомнила. Папа с мамой редко выводили девочку на улицу: она была совсем маленькой и часто болела. В этом году Джамиля подросла, окрепла, ей очень хотелось увидеть снег.

Ее брат, Каплан-гирей, каждое утро подбегал к окну и с сожалением произносил:

— Опять нет снега! Ну что за зима?! Что за жизнь?!

Джамиля тоже надувала губы и, поддерживая брата, говорила с огорчением:

— Что за жизнь без снега?..

В тот день папа встал раньше всех и, зайдя в детскую, торжественно сказал:

— Дети, а у нас настоящая зима!

— Ура! — закричал Каплан-гирей, выскакивая из-под одеяла. Он подбежал к окну и воскликнул: — Ого! Сколько снега!

Джамиля тоже подбежала к окну и повторила за братом:

— Ого! Сколько снега!

Каплан-гирей быстро умылся и, позавтракав быстрее всех, оделся и выскочил на улицу. Через некоторое время он вернулся — весь в снегу, лицо раскраснелось от холода. Он не скрывал своего восторга:

— Мама, как там хорошо! Если б ты знала! Всюду снег!.. У всех ребят санки. Я тоже хочу кататься. Дайте санки и мне!

Мама вытащила из кладовки санки. Брат Джамили исчез так же быстро, как прибежал.

Джамиля, сидевшая за столом, нахмурилась и отодвинула от себя тарелку.

— Что с тобой? — спросила мама.

— Что с тобой, доченька? — встревожился папа.

— Санки хочу, — готовая расплакаться, сказала Джамиля.

Кроме тех санок, что забрал Каплан-гирей, других в доме не было. Папа сразу все понял и сказал:

— Мама будет нам готовить обед, а мы с тобой пойдем на Зеленый остров.

Джамиля, услышав про Зеленый остров, обрадовалась. Это место находилось за городом, папа все лето водил ее туда. Там они катались на качелях и каруселях, заходили в сказочные теремки, ездили на тачанке, запряженной пони, загорали и купались в озере. Джамиле очень полюбился этот парк на острове — наверняка там и зимой хорошо.

По дороге на Зеленый остров, в автобусе Джамиля не отрывалась от окна: с удивлением смотрела на заснеженную улицу. Как же все могло побелеть, почему так изменилась природа? Они спустились и перешли через мостик на Зеленый остров, а Джамиля все еще волновалась. Здесь, на знакомых ей тротуарах, снег не убирали. Обувь вязла в белом, Джамиле очень хотелось потрогать снег, но папа не отпускал ее руку. Наконец, он сам не выдержал, нагнулся, сгреб в руки снег, сделал снежок и швырнул его далеко, в сторону деревьев. Джамиля, отойдя от папы, тоже нагнулась и потрогала пальцами снег.

— Не бойся! Сделай снежок! — подбодрил отец.

— Ладно, — сказала Джамиля и, взяв в руки снег, попробовала на язык.

Папа рассмеялся.

— Вкусный? — спросил он.

— Нет. Совсем не сладкий, — улыбнулась Джамиля.

— Это не мороженое, это снег, — объяснил папа.

— Я думала, это сахар, — и Джамиля еще раз попробовала его на вкус.

— Его нельзя есть, будет горлышко болеть, — наставительно сказал папа и, отдав свой снежок Джамиле, взял ее за руку. Они пошли дальше по аллее.

Все было так интересно: у Джамили разбегались глаза:

— Папа, а почему на деревьях нет листочков?

— Они будут летом.

— А куда они сейчас подевались?

— Осенью они падают с деревьев, зимою находятся в земле, летом снова вырастают.

— Вот как? А я не знала, — удивлялась Джамиля. И тут же задавала новый вопрос: — А цветы где? Здесь так много их было! — Она хорошо помнила растущие на газонах огненно-красные петушки, белые и желтые розы на зеленых кустарниках.

— Они тоже вырастут летом.

— Вот как? А я и не знала! — продолжала удивляться Джамиля.

Вдруг она увидела стоящего впереди на аллее верблюда и обомлела. Она помнила его с прошлого лета. Верблюд жил тут же, в парке. Она с папой даже подносила ему травку, но сейчас было боязно, и она на всякий случай подвинулась ближе к отцу. Когда они прошли мимо, Джамиля оглянулась и спросила:

— Он весь дрожит! А ему не холодно?

Папа остановился и сказал, показывая на верблюжьи бока:

— Видишь, какая у него длинная шерсть, она очень теплая. Из его шерсти сделаны наши домашние одеяла.

— Ого! Целое одеяло на верблюде! — воскликнула Джамиля.

Пройдя немного по аллее, она посмотрела на деревья и спросила:

— Папа, а деревьям без листочков не холодно?

Папа растерялся и стал думать, как ответить. Тогда Джамиля ответила сама:

— Они, наверное, привыкли к снегу, да?

— Конечно, — обрадовавшись, поддержал ее отец и повел девочку в сторону озера.

Озеро Джамиля не узнала. Летом из-за густых зеленых ив, растущих на берегу, его было не разглядеть, а сейчас сквозь голые деревья хорошо было видно все целиком, похожее на огромную белую чашу.

— Летом мы здесь купались, помнишь? — спросил папа.

— Купались? — вопросительно улыбнулась Джамиля. — А где же вода?

— Вода замерзла, превратилась в лед, — сказал папа.

— Как в холодильнике?

— Да.

Джамиля покачала головой, это было для нее удивительным.

Джамиля с папой покатались на санях, запряженных маленьким пони. Это было очень весело. Пошли к качелям и карусели, где никого не оказалось, потом — к такому же безлюдному сказочному городку с деревянными теремками. Вскоре у Джамили замерзли руки. Папе пришлось дышать на них, еле-еле отогрел. Варежки дочка забыла, и папа велел ей держать руки в карманах. Чуть позже у Джамили стали мерзнуть ноги. Чтобы согреться, папа велел ей попрыгать на одном месте или идти к автобусной остановке. Джамиля закапризничала: ей не хотелось покидать Зеленый остров. Тогда папа поднял ее на руки:

— Зайдем к дяде художнику, его мастерская недалеко, — и понес Джамилю на руках.

Когда они пришли в мастерскую, хозяин стоял у мольберта. Он рисовал, глядя в окно.

— Гости дорогие, заходите, — обрадовался бородатый художник.

Джамиля подошла к нему и спросила:

— Дядя Художник, а что вы рисуете?

— Я рисую зиму, снег, — ответил дядя Художник.

— А почему вы рисуете зиму, снег? Я замерзла. Я хочу, чтобы вы нарисовали лето, — смущенно сказала Джамиля.

— У меня есть картины, на которых нарисовано лето. Я тебе сейчас покажу. А чтобы ты согрелась, поставим чай, будем пить его с яблочным вареньем.

Дядя Художник поставил на печку чайник и стал показывать картины с нарисованным летом. Джамиля рассматривала цветущие яблони, ярко-желтое подсолнуховое поле, белые ромашки на зеленом берегу, голубое небо с ярким солнцем. И в самом деле, ей стало тепло.

— Я согрелась от лета, — сказала она и даже сняла свое синее пальто и красную вязаную шапочку.

Они вместе сели за стол пить чай с яблочным вареньем. Чай был вкусный, а кисло-сладкое варенье — еще вкуснее. Джамиля хотя и знала, что это неприлично, но не могла сдержаться — она с удовольствием шумно втягивала в себя каждый глоток. Всем было хорошо в теплой и мастерской, полной картин. Много говорили, много шутили. Дяде Художнику не хотелось расставаться с гостями, и лишь когда стало темнеть, он проводил их до автобусной остановки.

Довольной вернулась домой Джамиля. Мама хотела позвать ее к столу, но усталая девочка легла на диван и тут же уснула. Мама пыталась ее разбудить — напрасно. Тогда она осторожно раздела Джамилю и уложила в кроватку.

Ночью Джамиля кашляла: болело горло, поднялась температура. Сквозь сон она слышала, как мама ругала папу, что позволил есть снег, что так долго гуляли на холоде. Всю ночь родители ухаживали за больной Джамилей. Наутро у нее совсем пропал голос: она пыталась что-то сказать, но ничего не получалось. Мама сильно разволновалась и послала папу в аптеку. А Каплан-гирей, как только поел, опять убежал на улицу. Мама пошла на кухню. Джамиле было скучно.

Она встала с кровати, взяла со стола альбом и цветные карандаши, легла обратно в постель.

Через некоторое время вернулся папа с лекарствами.

— Что ты делаешь? — спросил он.

«Я делаю лето», — хотела сказать Джамиля, но у нее только губы шевельнулись.

Папа взглянул на рисунок, увидел голубое небо, желтое солнышко, деревья с зелеными листочками и цветы. Он догадался, что Джамиля рисует лето…

Вскоре Джамиля выздоровела, но рисовать не бросила, рисовала каждый день… А когда подросла еще на год, ее работу взяли на проходившую в городе выставку детского рисунка.

Рейтинг@Mail.ru