Страна Лайэл, или Где не спят Таргылтыши

Автор:
Светлана Григорьева
Перевод:
Светлана Григорьева

Страна Лайэл, или Где не спят Таргылтыши

Повесть-сказка (отрывок)

 

1

В стране Лайэл лето — самое чудесное время года. Юсай очень любит солнечные дни. В такие дни она часто ходит на Одуванчиковый луг, что находится недалеко от дома. Там Юсай собирает в мешок пушинки одуванчиков. Это очень важная работа и совсем не простая, потому что пух одуванчиков не хочет лезть в мешок и норовит разлететься по всему лугу.

Как-то раз Юсай деловито собирала пушинки одуванчиков. И неожиданно споткнулась обо что-то большое и твёрдое, да так, что упала и выронила мешок с пушинками.

— Э-э-эй! Эй-эй-эй… — успела крикнуть она, кувыркнулась и распласталась, точь-в-точь как лягушка. — Это что ещё такое? — возмутилась Юсай и, оглянувшись, увидела зелёный сундучок, перевязанный красной лентой.

— Не заметила! — буркнула она, дёрнула платьице, стряхивая прилипший пух, и дунула на него: — Уф-фс-с…

— Наверняка этот ящик забросило сюда облако. Приволокло из дальней дали. — Юсай очень захотелось узнать, откуда появилось это чудо, и она крикнула облаку: — Эй, облако, это ты принесло сундук?

Облако не умело разговаривать и ничего не ответило, продолжив свой путь.

— Вот так день! Просто чудеса! Пода-арок?! От кого? — задумалась Юсай. — Чувствую, там что-то вкусное. Много-много! Ой, нет, там — украшения… Или там? Ой, не буду гадать. Да-а, этот сундук и захочешь открыть, не сможешь. С замо-очком? Ладно, отнесу его пока в свой чулан, а потом, может быть, хозяин появится. А может, и не появится…

Юсай положила мешок с пушинками на сундучок, сундучок взяла в ручки и пошла домой. Хорошо, что дом был близко, и Юсай почти не устала. Дома она убрала неожиданный подарок в чулан, а сама села за работу. Она ловко отделяла семена от пушинок и напевала:

Лайэл — чудо-страна,
Любимейшая сторона.
Тут всем хорошо,
И мне хорошо.

Из пушинок Юсай делала мягкие перинки и подушки, на которых так приятно спать. А из семян в каменном колесе выжимала очень полезное масло, которое лечит все болезни на свете. Ещё она молола муку для блинчиков и лепёшек. Часть семян Юсай складывала в берестяную коробочку, чтобы потом варить из них вкусную кашу! Так Юсай готовилась к холодной зиме.

Летом у Юсай всегда много дел. Каждое утро Юсай поливала цветы в саду. Потом в дубовую бочку маленьким ведёрком носила из родника воду, чтобы та согрелась на солнышке. Возле бочки с водой росла ель Айяй — так её прозвала Юсай. Ей, как и Юсай, было не меньше ста лет. Айяй совсем не нужно было поливать, потому что она была хитрая: по ночам вытаскивала из земли свои корни и воровала тёплую воду из бочки — плескалась до утра. Но Юсай на неё не сердилась и прощала её проделки, потому что под этой елью очень здорово отдыхалось после работы.

Дом у Юсай самый прекрасный на свете. Его крыша густо заросла травой и цветами, поэтому трудно догадаться, что здесь кто-то живёт. Издалека, да и вблизи тоже, дом кажется бугорком, поросшим зеленью. Его крыша кончается неожиданно, так что любопытный прохожий, решивший взобраться на бугорок, может запросто кувыркнуться вниз, особенно вечером, в сумерках.

Уже начало темнеть. На улице начался дождь.

— Это грибной дождь! — обрадовалась Юсай. — Родится много-много грибов! Вот и я завтра пойду собирать сыроежки и подберёзовики. А сегодня пора спать.

Юсай приготовила постель, вспушила перинку и подушку, чтобы были помягче. В такую погоду сон прилетает очень быстро, а дождь сладко убаюкивает. Юсай почистила зубы, умылась и тепло зевнула.

— А-а-а! А-а-а! — Она прикрыла ручкой рот. — Юсай, бегом в кровать! — скомандовала сама себе. — Ах, какая мягкая кровать! Спокойной ночи!

За окном слышалась тихая песня дождя. Дождь окутал всю страну Лайэл. Его капли мыли ветви и стволы деревьев. Дождь досыта напоил землю своей водой и только после этого начал утихать. Слышно было, как последние капли стучат по листьям. Но в это время Юсай уже спала. Она заснула под колыбельную песню дождя и сейчас летала в волшебной стране сновидений. Она была самой счастливой на свете!

 

2

В это время живущий неподалёку Тошик, дождавшись, когда кончится дождь, вышел собирать грибы. Все юлаи очень любили свою страну и пели про неё песенки. И Тошик тоже пел себе под нос песню про Лайэл.

Я умный Тошик,
Веселый Тошик,
Лай-лай-лай, лай-лай-лай.
Моя сторона —
Дивная страна
Лайэл, Лайэл, Лайэл.
Всех приглашаю
В мою страну.
Веселье и смех —
Пусть будут у всех, —

негромко напевал Тошик, крутя в руках корзину.

Ему было около трёхсот лет. Сам он точно не знал сколько, потому что обычно забывал считать дни рождения. Но нельзя сказать, что Тошик был очень старым. Скорее уж наоборот — слишком бодрым. Он был отличным плотником, мастером столярных дел. А ещё всем жителям страны Лайэл он шил к зиме шубы, дублёнки, шапки, варежки и всякие другие тёплые вещи. Например, телогрейки. У него было много-много иголок и гвоздей. Гвозди хранились у него дома, а вот иголки он втыкал в маленькую подушечку, которая висела у него на боку. Правда, иногда он про свою подушку забывал и вкалывал иголки в подол рубашки, чтобы не потерять, да так и носил. И не вспоминал о них, ведь он неутомимо, постоянно работал и работал, шил и колотил…

Под ёлкой Тошик нашёл обабок. И вдруг на пригорке он заметил ещё один обабок, большой-пребольшой, больше всех. Тошик обрадовался, схватил этот большущий гриб сразу двумя ручками и начал тянуть из земли. Но обабок никак не поддавался.

— Что такое? Очень крепко засел! — проворчал Тошик. — Я ещё никогда не видывал такого гри­бища.

— Эй, эй, кто там пытается разломать мой дом? Кто трясёт печную трубу? — послышался из-под земли чей-то голос. — Ой, как мне страшно, очень страшно-о-о!

— Это я, я! — растерянно ответил Тошик неизвестно кому. Больше он ничего не успел сказать, потому что куда-то провалился. А провалился он в домик Юсай — через маленькое окошечко рядом с печной трубой. И не просто в домик, а прямо в кроватку к Юсай. Вместе со своей иголочной подушкой, висящей на боку. Конечно, Юсай тут же укололась иголками и быстро вскочила с кровати.

— Кто так в гости ходит? Да ещё через окно. Да ещё с иголками! — рассердилась она.

— Это я — Тошик! А ты-то сама кто такая? И почему у тебя печная труба на гриб похожа? Я её с обабком спутал! — возмущенно ответил Тошик.

— Я — Юсай и грибы люблю, вот почему. А ты чего по ночам разгуливаешь? — удивилась Юсай. У неё даже сон куда-то улетел.

— Я грибы ищу, — Тошик почесал нос. — Завтра великий праздник.

— А-а-а, — обрадовано протянула Юсай. — А я и не знала. Значит, завтра пра-аздник! А-а-а какой такой праздник?

— Завтра — Всемирный праздник большой каши! — торжественно произнёс Тошик. — Нужно приготовить грибную кашу. — Тошик вытащил из кармана длинную полоску бумаги. — Вот, я даже красиво записал, чтобы не забыть.

— А-а-а! Значит, ты мою печную трубу захотел сварить и съесть! Вот бы у тебя живот разболелся во Всемирный праздник большой каши. Ы-хы-хы-хы, — засмеялась Юсай.

— Погоди, погоди. — Тошик внимательно посмотрел на Юсай. — Я тебя где-то видел.

— Ну-ну, вспоминай-вспоминай, — Юсай сразу подумала о зелёном сундуке. — Значит, это ты оставил зелёный сундук на Одуванчиковом лугу?

— Сундук? Когда? Кто принёс? — удивился Тошик.

— Как кто принёс? — удивилась и Юсай. — Ты сам и принёс.

— Нет, я не приносил. Так-так, надо подумать, — потоптался на месте Тошик. — Наверно, Таргылтыш. Таргылтыши очень шустрые. Всё слышат, всё знают и ещё пугают…

— А мы тоже можем пугать! — задрал нос Тошик.

— Мы с тобой вдвоём… пугать? Ы-хы-хы-хы. Я тебя и вижу впервые, а ты… — засмеялась Юсай и от смеха схватилась за живот. — Ы-хы-хы-хы, ох-ох-ох, держите меня, ох-ох, спасите меня, ы-хы-хы-хы… Но как?

— Ы-хы-хы-хы, — Тошик тоже засмеялся.

— Ну-ка, говори правду! — вдруг буркнула Юсай. — Может быть, ты помощник Таргылтышей? — Юсай схватилась за стоящий в углу веник. — Может быть, мне нужно защищаться?!

— Что ты, что ты, Юсай… — Тошик замахал ручками и даже слова позабыл от волнения. — Я бы с плохими мыслями к тебе не пришёл, точнее, не свалился.

— Как не свалился? Только недавно, недавно сказал, что свалился. А сейчас уже нет? Тогда… тебя забросили в мой дом, — задохнувшись от не­ожиданной мысли, Юсай и не договорила.

— Ничего я не понимаю. О чём ты говоришь? — совсем растерялся Тошик. — Лучше я домой пойду. Скоро совсем темно станет, и я дорогу не найду. А про Таргылтышей я ничего не знаю. Забудь об этом.

— Ладно, ладно. И я ничего не знаю. Тогда что скажешь про зелёный сундук? — Юсай прищурилась.

— Давай посмотрим, — предложил Тошик.

Юсай принесла из чулана зелёный сундук. Тошик повертел его во все стороны, подёргал за красную ленту. Вдруг заметил торчащий из щели под крышкой листок розового цвета.

— Смотри, тут письмо! — воскликнул Тошик.

— Действительно, письмо! — обрадовалась Юсай. — Недаром ты, оказывается, таскаешь с собой мешок с иголками. Давай прочтём!

Они вытащили розовый листок и начали читать.

«Многоуважаемая Таргылтыш-кума!

Горячо поздравляю тебя с тысячелетним юбилеем и дарю эти подарки. Бусы собраны из обработанных красных камней. Надев их на свадьбу Овд, ты всех удивишь. Ведь таких бус ни у кого нет, я сам их смастерил. И красные серьги, и кольцо с красными камнями тебе придутся по душе. Открой сундучок и всё увидишь.

Будь всегда красивой и распрекрасной!

С уважением и любовью — Таргылтыш-кум».

— О-о-о, какое письмо! — всплеснула ручками Юсай. — Значит, где-то Таргылтыш-кум и Таргылтыш-кума хозяйничают. Они любят красный цвет. Вот почему подарок завязан красной лентой. Но лента уже выгорела на солнце, и цвет потускнел. Давай-ка теперь этот сундук поставим за диван.

Тошик поспешил помочь Юсай. Вдвоём они затолкали сундучок за диван.

— Подарок нужно вернуть хозяйке, — строго сказал Тошик. — Чужое брать нельзя, а то глаза могут полопаться или в десять раз увеличиться. Его обязательно нужно обратно отнести.

— Ладно-ладно. А-а сегодня, о-о-о, — Юсай зевнула и прикрыла ручкой рот. — О-о-о, сегодня надо ложиться спать. Наверно, улетевший сон вернулся обратно. Вокруг он вертится, что ли?

— Тогда спи, Юсай! — Тошик пошёл к дверям и уже у самого порога вспомнил про корзину с грибами. Она лежала перевёрнутой у окошка, и рядом валялись три грибочка. Тошик бережно сложил в корзинку своё богатство, принесённое с лесной опушки. — Теперь я готов. Открой дверь!

— Сейчас, сейчас открою…

Юсай быстрее него подбежала к дверям и — хлоп! — открыла.

— С уважением к вам, Тошик! Прошу! — но тут Юсай посмотрела на улицу и моментально — хлоп! — закрыла дверь. — Ой нет, друг Тошик, ой нет. — Она даже за сердце схватилась. — В такой темноте пропадёшь! И дороги не видно, и ничего не видно. Даже дедушки Месяца на небе нет. И звёзды не смотрят, не освещают нашу страну. Значит, у них выходной. На этом всё, друг Тошик. Сегодня у меня ночуешь. Никуда не пойдёшь. Тебя просто жалко.

— Но у меня ещё много работы, — возразил Тошик.

— Завтра сделаешь! — отмахнулась Юсай.

— Сегодняшнюю работу на завтра не оставляют, — важно посмотрел на Юсай Тошик. — Мне надо идти.

— Ничего не вижу, — сказал кто-то. — Но сейчас всё разгляжу.

— Сейчас, не дождёшься, — засмеялась Юсай. — А это ещё что такое? У моих дверей? Таргылтыш? — Она опять схватилась за веник.

— Таргылтыш? — испугался Тошик. — И правда! Ведь они летают по ночам, кричат страшным голосом, всех пугают. Быстрей запирай дверь.

Юсай быстренько заперла дверь.

— Это я! — послышалось за дверью. — Впу-у-устите…

— Уйди от нас! — храбро закричала Юсай.

— У-у-у, — загудело у самого окна, — как ты разговариваешь с лесным господином?!

— Ты — лесной господин? Я думаю, что господа должны быть с большим животом и с круглой головой. Сейчас посмотрим, какой ты господин, — решила Юсай.

— Юсай, тише, молчи! Это Таргылтыш! Больше некому быть, — предупредил Тошик и уселся на диван — в самый, самый угол.

— Может, пустите меня в гости? — клянчил голос. — Чаем угостите? С варенюшкой. Мне одной так грустно.

— Иди своей дорогой! — ответила хозяйка.

— Если не пустите, я буду безобразничать, — рассердился тот, кто был за дверью.

— Может, пустим? — задумалась Юсай.

— Таргылтыша нельзя пускать домой и даже разговаривать с ним нельзя. Он только и думает, как навредить, — возразил Тошик и от страха так сильно прилип к дивану, что его никак невозможно было отклеить.

— Я — ваша соседка. Зовут меня Лайна. Я живу вон там, в Глиняном дворце, — убеждал голос.

— Там же жил горшечных дел мастер, — возразила Юсай.

— Жил и жил, а потом ушёл. Теперь там мой дом, — голос охрип, наверное от волнения.

— Давай загадаем загадку. Угадает — впустим, — Тошик распластался на диване, словно огромная медуза с пухлым животом.

— Сейчас… Ой, никак не могу вспомнить ни одной загадки, — расстроилась Юсай.

— Тогда я загадаю, — обрадовался Тошик и потёр ручки. — Эй, за дверью, слушай загадку! «Без рук, без ног на дерево скок», это кто?

— Это я! — радостно ответила Лайна.

— У тебя разве ног нет? — глаза Юсай стали совсем круглыми.

— Ну, на дерево только так заскочу! — громким голосом произнесла Лайна.

— Да-а?! — ещё больше удивилась Юсай.

— Не только на дерево, я могу и в небо взлететь, — похвасталась Лайна.

— Правда?! — глаза у Юсай стали ещё круглее. — Тогда ты Таргылтыш!

— Юсай, «без ног» — это же ветер, — объяснил Тошик.

— А я — Лайна, — громко завопили за дверью. — Послушайте, я вам спою любимую песенку:

Я — добрая Лайна,
В душе моей — тайна.
От вас я не скрою —
Её я открою,
Быть может, зимою,
Быть может, весною,
Сейчас не хотите?
Лишь дверь отоприте!
Тарам-тарам, рам-рам.

— Здорово умеет петь, — одобрила Юсай.

— Ой, я устал, — Тошик наморщил лоб. — Хозяйка, может, впустим её? С её тайной?

— Погоди! Погоди! Ещё одну, самую малюсенькую загадку загадаем, — решила Юсай.

— Мне и одной загадки хватит, — ответила из-за двери Лайна.

— Нет, не хватит, — не согласилась Юсай. — Тошик, вспомнил загадку? Давай, загадывай.

— «Ночью приходит, утром уходит», — загадал Тошик.

— Это — я! Ночью прихожу, утром ухожу, — снова обрадовалась Лайна.

— Тогда ты Таргылтыш и есть! — закричала Юсай.

— Нет-нет, я — Лайна и только Лайна! — взбунтовался голос за дверью.

— Чу-чу, а я про дедушку Месяца загадывал. — Тошик вздернул нос. — Может, пустим гостью?

— Пусть зайдёт, посмотрим на неё. — Юсай открыла дверь.

На пороге стояло существо, похожее на чучело. Голова его была повязана большим белым платком, из дыр в платке светились глаза. Существо держало перед собой палку со светлячками.

Юлаи попятились назад.

— О-о-о, Таргылтыш!

— Я?! Какой же я Таргылтыш?

— А почему у тебя голова такая странная? — спросила Юсай.

— А-а, вот оно что! Вот чего вы испугались! Моей головы! Это я на личико ночную маску нанесла. Что-то от грустной жизни у меня пёрышки перестали блестеть. А чтобы крем быстрее впитался, я сверху платок повязала. Вот смотрите, глаза же видны! — потянула платок гостья.

— А это что за огонь?

— Это мой фонарь, дорогу освещать.

— Ты совсем на нас не похожа, — подытожила Юсай.

— Покажи нам крылья, — Тошик уже совсем успокоился.

Радостная Лайна — хлоп-хлоп! — взмахнула крыльями.

— Я вообще-то подарок ищу. Вы случайно не видели зелёный сундук с красной лентой? — Гостья прохаживалась по дому, посматривая по сторонам.

— А-а, видели, — кивнула Юсай. — Так ведь этот сундук не твой, а предназначен Таргылтыш-куме. Он совсем не твой! — Юсай гордо выпятила грудь.

— Откуда ты знаешь, кому что предназначено?! — возмутилась Лайна. — Этот сундук я нашла в своём Глиняном дворце, в самой верхней кладовой. Только вот ключи не смогла найти. Может быть, у вас какие-нибудь ключи есть? — спросила Лайна.

— Не-э-э… — протянула Юсай.

— Но этот сундук слишком тяжёлый, чтобы таскать его туда-сюда, — мудро заметил Тошик.

— Хоть и тяжёлый, а я таскала. А почему таскала, сама не знаю. Устала совсем, пусть теперь он немножко у вас постоит. А вообще-то я к вам по делу пришла. К завтрашнему дню мне нужно немножко соли, кашу хочу сварить. Завтра же Всемирный праздник большой каши, вы не забыли? Дайте немножко соли. Помогите, а? — Глаза Лайны стали совсем грустными, даже больно было на неё смотреть.

— У меня много соли, — похвасталась Юсай. — Сколько тебе надо? Щепотку, одну горсть?

— Щепотки хватит. Ой нет, — перебила саму себя Лайна, — одну горсть надо. Чего там мелочиться и позориться, надоедать. Дай одну горсть, да побольше, и я пойду, — разошлась Лайна.

Юсай в кулёчек из лопушиного листа положила горсть соли и подала непрошеной ночной гостье.

— Спасибо, друзья! Завтра увидимся. — Лайна повернулась, открыла дверь, взяла палку со светлячками и пропала в ночи.

— Сундук Таргылтыша к нам нежданно-негаданно явился. А если сам Таргылтыш-кум заявится, что будем делать? — болтая, Юсай ловко стелила постель.

— Наверно, очень испугаемся, — решил Тошик.

Наконец уставшие Тошик и Юсай легли спать.

Утром, когда солнце, играя, всходило из-за ели Айяй, Юсай проснулась. Подошла к окну и — рошт! — открыла форточку.

— Доброе утро, большое солнце! Доброе утро, свежий воздух! Заходите в мой дом. Красное солнце, нежно улыбнись. А ты, воздух, принеси лесную благодать, — стрекотала Юсай.

Тошик тоже проснулся и, лежа на диване, слушал, как Юсай приветствует солнце.

— Юсай, солнечные лучи, которые ты зовёшь, открыли мне глазки, а свежий воздух пощекотал нос, — обрадовано сказал Тошик.

— Сегодня же Всемирный праздник большой каши! — легонько хлопнула по лбу Юсай и посмотрела на Тошика. — Ты о празднике не забыл случайно?

— Я не забывчак, чтобы забыть! — Тошик повернулся на другой бок.

— Тогда сейчас умоемся, чаю попьём и в ельник пойдём.

— И в ельник пойдём! — поддакнул Тошик, с головой накрывшись одеялом. — Ясно!

— Я считаю до трёх, — поторопила Юсай. — Не успеешь встать, тебе мыть тарелки и пол подметать.

Тошик, охая-ахая, встал.

— Ой, спина?! Распрямиться невозможно, — простонал он.

— Твоя спина наверняка болит после вчерашнего падения. Это всё из-за трубы, похожей на обабок, — напомнила хозяйка дома.

— Я прекрасно помню, как упал. Такое не забывается. — Тошик вытаращил глаза. — Ой, спина, ой-ой-ой…

— У тебя одного болит, думаешь? «Ой, спина…» — передразнила Юсай. — У кого что болит, тот о том и говорит. Про это слышал?

— Слышал. А где корзина? — вдруг вспомнил Тошик. — А где мои грибы?

— Где-где? На месте же. На, держи корзину! — Юсай взяла корзину, стоявшую возле окна, и протянула гостю.

Тошик огорчённо начал рассматривать грибы:

— Этот совсем червивый стал! Этот тоже… Червивый, червивый…

— Фу-у, — сказала Юсай, — выкинь тухлые грибы. Они пахнут, наверное? Фу-у, не трогай, выкинь, выкинь. Пойдём другие собирать.

 

3

Друзья набрали много-много грибов и отправились к Юсай — отмечать Всемирный праздник большой каши. В огромной кастрюле друзья наварили каши. Ели её со сметаной, помешивая и напевая хвалебные песни Всемирному празднику большой каши.

После такого обеда у всех поднялось настроение — до самого неба.

— Мы сегодня гости-и-и, — сидя в мягком кресле, сладко протянула Лайна. — Тарелки и ложки пусть моет хозяин. А нам положено отдыхать. Тошик, ты садись отдыхать на диван. А я немножко вздремну на мягком кресле. Юсай, ты не возражаешь?

— Отдыхайте-отдыхайте. Я сейчас во дворе тарелки-ложки вымою. Там есть большое корыто, там удобней, — кивнула Юсай и вышла на улицу.

— Каша и грибной суп были вкуснющими, я вот как наелась — даже пузо выросло, — сказала Лайна. — Когда такую вкуснятину ешь, обо всём на свете забываешь.

— Забываешь, когда здоров, — поддержал разговор Тошик.

— Ты что, нездоров? — поинтересовалась Лайна.

— Пока вроде хорошо, но… — не закончил свою речь Тошик.

Он после каши и супа сидел на диване. Вдруг Тошик громко охнул:

— О-ох, спина…

Лайна встала с кресла и помогла Тошику подняться.

— Что с тобой, Тошик? — спросила она.

— Не спрашивай! Что случилось, не спрашивай. Спина сильно болит. Может, из-за того, что ­купался в холодной воде, может, из-за того, что свалился в дом Юсай, может, долго ходили по грибы. Иногда так кольнёт, та-ак, — сказал Тошик, показывая на больное место.

— Правда? Ты свалился с крыши? Ох, несчастье, — Лайна взмахнула крыльями. — Большое горе! Так жить нельзя, нужно поправляться, неме-э-эдленно…

— Неме-э-эдленно... — снова заохал Тошик.

— А я знаю, как надо поправляться! — похвасталась Лайна.

— Как? — оживился от такого известия Тошик.

— Надо баню истопить сильно-сильно. Берёзовыми дровами. А потом надо собрать растущую на проёмах крапиву, сделать большой веник и спину выпарить. И так, и так, отсюда, оттуда. После этого ты поправишься и никогда не будешь пыхтеть. — Лайна раскинув крылья, показала, что и как нужно делать.

Тошик раскрыл рот:

— Крапивой?! Я же на месте упаду.

— Всё будет хорошо. Давай Юсай скажем, пусть топит баню. Ну как же не помочь самым лучшим друзьям? Крапиву я сама могу нарвать. Ладно, я пойду за крапивой, — заторопилась Лайна. — Тошик, готовься к бане.

Лайна открыла дверь и громко закричала:

— Юсай, быстрей топи баню! Ещё скажи, где у тебя лежат варежки?

— Зачем тебе летом варежки? — крикнула со двора Юсай.

— Я за крапивой пойду, — объяснила Лайна.

— Варежки лежат на печи. Только зачем нам крапива? — не поняла Юсай.

— Зачем-зачем, да затем, — передразнила Лайна.

— Всё понятно, не буду спрашивать, — согласилась Юсай. — Моя баня самая лучшая. Скоро всё будет готово.

Юсай быстро истопила баню. Тошик в это время лежал на диване и громко охал. Лайна принесла большущую охапку крапивы.

— Вот, готово, — показала она на жгучий веник. — Не бойся, за мою лекарскую заботу ты ещё меня будешь благодарить. У тебя что болит: спина или шея?

— Кажется, теперь и спина, и шея — всё вместе, — вздохнул Тошик. — Ничего понять не могу.

— У тебя плохая болезнь. Но крапива поможет, — пообещала Лайна.

— Крапиву нужно голыми руками держать или как? — спросил Тошик, со страхом глядя на растопыренные крапивные листья.

— Конечно, а ты как хотел? Головой, ртом или зубами? Или же ушами? Ой нет, языком… Ой, что я болтаю?! Ну конечно же, руками, — перестала шутить Лайна.

— Жалит! — вскрикнул Тошик.

— Какой ты нюня, — пристыдила его Лайна. — Наверное, всегда рос плаксой?

— Я не плакса! — обиделся Тошик. — Могу и крапиву вытерпеть. В жизни всё приходиться терпеть.

— Давно бы так. А то захныкал — «не могу, не могу». Вставай, баня уже готова, наверно. Давай помогу, — Лайна вывела Тошика из дома.

Вдвоём они дошли до бани. Юсай приготовила ещё и берёзовый веник, и круглую липовую ка­душку.

— Заходите! Баня — жарище! Веник готов. Кадушка с водой на месте, — отчиталась хозяйка.

— Я один пойду, сам себя буду лечить крапивой, — сказал Тошик.

— Конечно, сам. А ты думал, что я тебя буду парить? Не-ет! Потом ещё скажешь, что тебя побили. Э-э-э! Мне крапиву собирать, мне и работать? Не-эт, — покачала головой Лайна. — Пойду-ка я домой. До свидания, друзья! День Каши был расчудесным. В следующий раз тоже меня зовите.

Тошик отправился в баню. Вскоре стало слышно, как он хлещется берёзовым веником. Потом из бани послышалось громкое: «Ой, помираю, ой-ой-ой!» Это Тошик начал парить себя крапивой. Очень скоро он, тяжело дыша, выбежал на улицу и брякнулся на траву:

— Ух, не крапива, а сто двадцать Таргылтышей!

К нему тут же подбежала Юсай:

— Что такое? Может, баня слишком горячая, а может, не слишком? Вставай, трава пыльная, снова испачкаешься.

— Крапива мне всю спину испортила. Теперь мне не жить, — плаксиво пропыхтел Тошик.

Юсай посмотрела и даже охнула:

— Спина-то какая красная-красная! А тут водянка выскочила. А тут краснуха!

— Тогда я умру. — Тошик закрыл глаза, и ножки вытянул. — Кто меня теперь спасёт?

— Лайна-то навредничала. Нарочно крапиву подсунула. Может, ты ей что-нибудь плохое сделал? Может, она отомстила тебе за твои проделки? Специально сделала, чтоб тебе было плохо, — гадала Юсай.

— Я никому не сделал и не сделаю ничего плохого. Просто Лайна вредная. Ей верить нельзя. «Крапиву, крапиву…» Вот тебе и крапива, — вздохнул Тошик.

— Э-эх! — пожалела Тошика Юсай. — Что теперь делать?

— Теперь я крапивный король, — Тошику вдруг захотелось пошутить.

— Тогда тебе нужно корону из крапивы!

— Ой-ой-ой, Юса-а-ай, больше ни слова о крапиве, — застонал Тошик и закрыл глаза руками.

— А в бане достаточно и берёзового веника. Он избавляет от всех болезней. Завтра посмотрим: будешь петь и плясать, значит, крапива помогла, — утешила Юсай.

— Достаточно было и берёзового веника. А теперь, а теперь… Ну да ладно… — стонал Тошик.

Юсай помогла Тошику добраться до дивана, а сама пошла в баню. Ведь баня — самая хорошая лечебница. Она снимает усталость, спасает от всех болезней.

 

4

Юсай поливала цветы в доме, когда вдруг услышала вздохи.

— Эх, бизнес развалился, — захныкал, переступив через порог, Тошик, считавший себя самым несчастным. Не успел он зайти в дом, как свалился. Лёжа на полу, он казался большой рыбой, которую огромные волны выбросили на берег. Юсай моментально подбежала к Тошику и полила его водой из лейки.

— Тошик, прости. На порог пролилось одуванчиковое масло. Блины пекла, не успела вытереть, — сказала Юсай, помогая гостю встать.

— Эх, жить бы, ничего не делая, — почему-то произнёс Тошик, всегда считавшийся самым работящим, стряхивая с себя капельки воды.

— Тогда нужно отправиться в Аркундем за волшебным горшком. Он всё за тебя будет делать. Только приказывай. Целый день лежи на диване или за столом посиживай — всю работу сделает горшок.

— Аркундем? Там Таргылтыши хозяйничают!

— Пусть хозяйничают. Но когда найдём волшебный горшок, нам станет очень хорошо, — утверждала Юсай.

— Эх-эх-эх! Потом и грибы не нужно будет собирать!

— Мой прадед был ярым путешественником. Он исходил весь Лайэл туда-сюда. Даже в Аркундеме был, до горы Овда дошёл. А там та-акое увидел, ну та-ако-ое. Если сказать, мозги вылетят! — пустилась рассказывать Юсай. — Своими глазами увидим страшное.

— С-страшное? — протянул Тошик.

— Страшное. Таргылтыша, — спокойно ответила Юсай.

— Вот с такими рогами и с круглыми глазами? — Тошик ручками изобразил рога и глаза.

— Завтра тронемся в дальнюю дорогу, — прохаживалась взад-вперёд Юсай. — У меня где-то есть береста, на которой изображена карта. Она наверняка уже постарела. И почернела. Давай быстрей искать карту.

— Ладно. Ищи во сне! — кивнул Тошик. — Найдёшь — скажешь. А вещи в дорогу необходимо сегодня же подготовить. Какую еду возьмём с собой?

— Что-что? Подумай сам! — рассердилась Юсай.

— Возьму пещерные яйца! — предложил Тошик. Сам он очень любил пещерные яйца.

Юсай достала из чулана рюкзак. Положила в него еду: одуванчиковые лепёшки, муку, семена, масло в бутылочке, пещерные яйца, соль, мёд в деревянном горшочке. Ещё верёвку, чайник, кружку с красивым рисунком, тарелку, сковородку, ложки. А что? В дороге всё пригодится. Захочешь чаю попить, пожалуйста: чайник, кружка, ложки. А если решишь блинчики испечь, пожалуйста: сковородка, тарелка. Всё под рукой. Не нужно по лесу туда-сюда бегать и искать нужные вещи.

Утром Юсай достала из сундука старую карту. Прежде чем тронуться в дорогу, Юсай попросила Тошика написать записку:

«Не стучаться. Нас нет.
Мы в Аркундеме, около горы Овда.
С приветом и уважением —
Юсай и Тошик».

Они повесили записку на двери дома Юсай.

— Зачем ты оставляешь эту бумажку? — спросил Тошик.

— Так ведь когда-нибудь кто-нибудь придёт, — откликнулась Юсай. — Пусть не стучится в окно. Только время потеряет. А его надо беречь.

— Ой, какой тяжёлый рюкзак. И чего только туда наложили? — запыхтел Тошик. — Так мы и до горы Овда не доберёмся.

— Терпи, — Юсай налегке весело зашагала вперёд. — Все терпели и куда нужно добирались.

Тошик, пыхтя, пошёл за ней. Юсай запела:

На белом свете,
Уж вы поверьте,
Есть дружба крепкая,
Есть дружба верная,
Не смоешь временем,
Не ляжет бременем.
Владейте бережно,
Не будьте ветрены.
Ведь дружбу крепкую,
Ведь дружбу верную
Вдруг можно потерять.
Не нужно уверять,
Что дружба — это так,
Ведь дружба — это знак.
Бери её с собой
И летом и зимой.

В это время Лайна прилетела к дому Юсай и увидела на дверях записку. Прочитав её, она воскликнула:

— А-аха! До Аркундема, до горы Овда решили добраться. Мне ничего не сказали, всё делают не по мне. Тык-тык-ты-ы-ык… Два друга хотят найти волшебный горшок. Надо им помочь его найти. А ещё надо пугливых напугать… То-то, без меня им скучно было бы жить, — сказала Лайна и улетела.

Тем временем Юсай и Тошик подошли к озеру. Около берега они увидели лодку Мекея. Живущему на берегу плохо без лодки, а приходящим-уходящим лодка — счастье!

Тошик положил тяжёлый рюкзак на нос лодки, а сумку кинул на дно. Потом друзья сами забрались в лодку. Тошик взялся за весла. Юсай достала карту:

— На карте гора Овда совсем недалеко. Тошик, может, тебе лучше посмотреть, а?

— Подожди, сейчас взгляну, — сказал Тошик и встал. Лодка качнулась, и лежащий на носу тяжёлый рюкзак упал в воду. Тошик попытался поймать рюкзак и сам шлёпнулся в озеро. Падая, он опрокинул лодку. Юсай тоже оказалась в воде.

— Спасите рюкзак, спасите! — истошно кричал Тошик.

— Спасите, спасите… меня, — визжала Юсай.

Кое-как друзья выбрались на другой берег и жалобно переглянулись. Их дорожные припасы лежали теперь на дне озера.

— Что будем делать? — Тошик выжимал из одежды воду, которая лилась ручьём.

— Немножко обсохнем — и в путь, — отозвалась Юсай. — Солнце греет, поспим немножко, наверное. Заодно высохнем.

— Мне не жалко одуванчиковых семян для каши, а вот рюкзак жалко, совершенно новый был… — пожалел Тошик.

— Ладно, хоть сами живы остались, — успоко­ила Тошика Юсай.

— Может, обратно вернёмся домой? — предложил Тошик. — Я уже не хочу в Аркундем.

— Мы уже там, то есть здесь. До горы Овда рукой подать. Ты что, из-за рюкзака так сильно расстроился, что ли? Вот найдём волшебный горшок и сможем таких рюкзаков сто пятьдесят штук попросить, разноцветных. В один день — красный, в другой день — жёлтый, в третий — синий. Главное, чтоб твоя спина выдержала всё это таскать.

Уставшие друзья, проделавшие долгий путь, растянулись на траве и заснули.

Когда Юсай и Тошик проснулись, солнце начало клониться к горизонту.

— На ночь нужно где-нибудь укрыться, — опомнилась Юсай.

— Отгрохаем шалаш! Там будет тепло, и никто не будет надоедать, — торжественно заявил Тошик.

— А ночью к нам случайно Таргылтыш не заявится? — неожиданно вспомнила про чудовище Юсай.

— Нет-нет, — ликовал Тошик.

Вскоре Юсай пошла собирать клубнику, Тошик принялся за работу. Он пошёл в ближайшую рощицу. Там он набрал сухих палок, жердей для шалаша и, принеся их к озеру, начал строить домик для ночёвки. Внутри постелил мох, сделал из него мягкую кроватку. Потом оглядел шалаш и обрадовался, так ему в нём понравилось.

А Лайна уже давно прилетела и теперь подглядывала за Тошиком, приговаривая про себя:

— Чудаки! Ходят, приключения ищут. Им же волшебный горшок понадобился! А горшок у меня с собой! — Лайна постучала по горшку, который лежал у неё в сумке.

Горшок — тук-тук-тук — загремел. Тошик, услышав незнакомый звук, быстро выскочил из шалаша и огляделся. Лайна спряталась за кусты.

— Интересный звук, неизвестный. Неужели Таргылтыш? — Тошик заглянул за шалаш. — Нет никого. — Тут он увидел вдалеке Юсай. — Ах, шалунья, в стороне ходит и балуется.

Юсай принесла много клубники. И они вдвоём поели ягод. Когда совсем стемнело, Тошик и Юсай легли спать.

 

5

Лайна всё ходила по рощице и выжидала. Потом снова спряталась в кустах за шалашом. Ей стало очень скучно одной и очень захотелось спать. Но спать ей было нельзя, нужно было выполнить задуманное.

Лайна достала из сумки большой белый платок, сделала в нём две дырки для глаз. Платок она накинула на голову. Поверх платка затянула узорчатый пояс, приготовила горшок. Нашла сухую палку, прикрепила к ней ольховые ветки, сделала метлу. Помахала — вжик-вжик — метлой в воздухе, проверила своё орудие.

Потом взмахнула крыльями с метлой. Полетела вверх, спустилась вниз. Вверх-вниз, вверх-вниз…

— Йу-у-у-ку-ку-ку-у-у, — заголосила страшным голосом Лайна, постукивая по пустому горшку, и села на крышу шалаша.

Юсай быстро вскочила и затормошила Тошика:

— То-то-то-шик, — еле-еле выговорила она. — На шалаше сидит Таргылтыш.

— Ка-ак ты у-узнала? — Тошик почувствовал, как трясётся шалаш, и сам весь затрясся. — На-а-ам на-а-адо успокоиться, не то мозги вылетят.

— На-а-адо бы, — тихо шепнула Юсай. — Он уже давно прилетел. Стучит: тук-тук.

— Я-а-а так не умею, — посетовал Тошик. — Безусловно, это Таргылтыш.

— Ты только громко не кричи, — захныкала Юсай. — Он никак не сможет к нам зайти. Я вход хорошо ветками заткнула.

— Йу-у-у-ку-ку-ку-у-у, — снова заголосил «Таргылтыш». — Выходите из шалаша. Не то всё разнесу!

«Таргылтыш» тряс шалаш, ходил вокруг и приплясывал.

— Слу-у-ушай: он пляшет! — Тошик посмотрел в дырочку и моментально юркнул на прежнее место. — О-ой, как страшно!

— Йу-у-у-ку-ку-ку-у-у. Выходите! — кричал «Таргылтыш».

— Нет, не выйдем! — простонал Тошик.

— Всё разнесу, сломаю… — свирепело чудовище.

— Пусть всё разнесёт, мы не выйдем, — решили друзья.

— Юсай, с Таргылтышем нельзя разговаривать. Ты об этом знаешь? — поинтересовался Тошик.

— Нет. Тогда зачем мы ему ответили? — удивилась Юсай.

— Больше не разговаривай. Сиди тихо, — запретил Тошик.

— Я молчу, а ты? — Юсай закрыла себе рот ладошкой.

— Я тоже, — повторил за ней Тошик.

Они сидели тихо, боясь шелохнуться. А «Таргылтыш» Лайна всё летала и скакала. Ей снова стало скучно одной. Ведь с ней никто не разговаривал и не играл.

«Хватит, я сильно их напугала. Они всё равно не выйдут из шалаша», — решила Лайна. Она сняла свой страшный наряд, спрятала за кустом и метлу закинула подальше. Потом подошла к шалашу и постучалась.

— Тошик, Юсай, вы тут? — своим голосом спросила Лайна.

— Мы тут. — Друзья узнали её голос, но впускать все-таки боялись.

— Вдруг Таргылтыш чужим голосом заговорил и обернулся Лайной, чтобы к нам войти? — предположил Тошик.

— Не знаю, — покачала головой Юсай.

— Эй, кто там: Лайна или Таргылтыш? Если ты — Лайна, то ты знаешь её любимую песню!

— Знаю, — выпалила Лайна.

— Тогда спой! — приказали друзья.

— Сейчас! Сейчас! — Лайне очень хотелось попасть внутрь, но из-за своей шутки она попала в трудную ситуацию.

Лайна запела.

— Это действительно Лайна! — всплеснула ручками Юсай.

Они убрали ветки, освободили вход и впустили Лайну.

— Как ты нас в такой темноте нашла? — спросила Юсай. — И даже Таргылтыша не испугалась? Он только что здесь летал.

— Я пришла вас спасти, — гордо ответила ночная гостья. — Я про Таргылтыша давно слышала и знаю, что он очень страшный.

— Мы всё видели через щели. Тако-о-ой большо-о-ой! Тако-о-ой стра-а-ашный! — Юсай показала ручками, наклонилась назад и упала.

— Очень большой? — поинтересовалась Лайна.

— Бо-ольшой. — Юсай попыталась сесть.

— Ну, ты бесстрашная! — Тошик похлопал Лайну по крыльям. — Теперь нас трое. Вместе мы ничего не боимся. Пусть даже десять Таргылтышей приходят!

— Ой-ой, столько не надо, — Юсай вздрогнула. — Мы и от одного еле-еле спаслись.

— Если я здесь, то никакой Таргылтыш не придёт, — похвасталась Лайна. — А теперь я хочу спать. Давайте спать.

— Давайте.

Рейтинг@Mail.ru