Бутаула
Январь. БерхIи леблихьалли, тяхIуси аргъ. ТIярла ахъти тIамрани Бутаула гIянцIбирули, ишарти шин ардукес турбаби кайхьес майдан укъули, трактор бузулри. Даршдусмала ишабси рахIятдеш илди ишар гIядатлаахIенти тIамрани чебсаргъахъиб. Пукьалабси синкала дурхIя вацIализибад дурабухъун. Тракторличив узуси Мажар ГIялила гъаргъси хIерли бусягIят ил буциб.
БиштIаси жаниварла пушдизурти берхIе кIантIити гъезли ва илала къантIа лихIбани ил журугси се сабира или ташмишдеш алкIахъулри. Сунес сегъунсилра урехи хIебалули, дуцIли лявкьуси адамличибяхI шайчибиркули батбихьиб. Гъамиубли Мажар ГIялини ил хапли буциб ва сунечил барх бузутачи хиб.
— Нушаб гIяхIси напакьа бикиб, — разили иб илини.
— Се напакьа бируси кьикIагъуна илала?
— Я ил жагаси жанна жан касес вирару?! — иб цали.
— Э-э, мехIур! Гъай иш жанничила ахIенну, ишала нешличила сари.
— Ил чинаба гьатIи?
— Нуни иша лябкьяхъис.
— Абдулта мавгьуд — дила дурхIя чарбара или, бусравли лябкьян викIулрив?!
— ГIе-е, тяп илкьяйда викIулра. Биха гьари иша икI гьая...
Мажар ГIялини, гIязизли вявбикIахъули, синкала дурхIя галгала кьялиличи далдарбатур. Ил пякьир тIашбизагарли чIярбикIулри, цIумбикIулри.
— Даширая гьанна вацIализи дигIяндиркехIе, — иб «жаниварли» бархкьябази.
— Синка кабуршуси ахIен бикIар нушачиб. Бунагьбиур, — иб бархкьябани.
— Бунагьличила пикриикIуси чи лева гьанна! Лебилра мас-хазналичи ахъили саби. Бунагь биалли, наб биур...
Бузуси тракторра тIашаили, вацIализи дигIянбикиб илди. СецадхIи илаб лехIли калунал ца Аллагьли багьаб! Гьалар агарти тIамаличи чебсаргъибси нешсинкара ахирра сунела дурхIя гьанни вацIализибад дурабухъун. Илаб илини гьалаб агарси сегъуна сабил балагардеш, урехи лебни багьурли, кIиуркIли тIашбизур, алавчар хIербизур, вацIализи чарбиэс пикри акIуб, амма дурхIяла язихъти тIама иргъули, иличирти дигили, урехиличир илди чедидикили, иличибяхI батбихьахъиб. Сепайда, дурхIяличи гъамбиубхIели, мурталра барх бихуси Мажар ГIялила гIярадали илала жан къябаиб. Къалабали архъили, бутIнад-бутIнадбариб.
— Ишди диъби хIяйвайчирра дурхъали дирцис.
Исра ису, сенкIун синкала диъ сабабла саби, — разидешла ахир аги илала. — Гулилисра гIяхIцад арц луга.
— Лебилра бицили, нушаб пай хIебарес кьасу гьатIи хIела? — иб бархкьябани.
— Се дикIулрая гъари хIуша. Ца урдур кеп-чеклизиб ишаб букехIе. Гьария, цIа бемжахъая, къазан чебизая...
...Ил хабар аргъибти гумайлаб илдас нягIнабикIулри, синка кабуршуси гIядат лебси ахIенгу или.
— Ил нешла диъ кеп-чеклизиб беркунти сабира кIикьяшан жаниварти ахIену?!
Бутаурти шин царихIи аркули сари или, иткъира халкь бижгурлири.
— Абакар, хIу Бутаурти хабарла шинкьунбала вегI
Умалатла урши сайри, илав акIубси ва дурхIяхIели хIериубси. Ил багьанданти халкьла тIама-гьама аргъили, хIу вакIибси сай бикIули аргъирагу. Шантас Бутаула сен илцад дурхъасил хIебуриду? — дугьаизурра ну шагьарлизив вахъхIи хIерируси гехIцIали-имцIа дус виубси иличи.
— Ил мар саби. Илабси ХIинтIин ше бяхIлизибси халал урунжла шин цархIил мерличи аркули сари или аргъибхIели, хIейгибизурли вакIибсира. Шел-урегал дус гьалавра вакIили, дила бегIтала мер-муса чедиис или Бутау вякьунрагу, ишабси гьалабла мицIирдеш къирбарили чебаили, уркIи пашкабехъуб. Гьаннара лебалсигъуна тIабигIятла давла илаб хIебалтули биалли, чис дигахъу?! — децIличил иб Абакарли.
— Нушала шантала гьаннала наслулизи багьахъес итхIелла Бутаулаличила хIебуриду?
— Илабси гьаннала аги чебаибхIели, иличила гъайикIес гIядабли саби. Биаллира, бурис. Бутаула, — вехIихьиб ил, гумайла къаркъубачи кабихьибси уркьуйчив валвалиубли, — тIабигIятла лерилра жагадешуни Аллагьли сунес пешкешдарибси ва жура-журала мицIир жан хьурадарибси тамашала мер сабри. Эгер илала уркIилизи хIеризалри, иларра сегъунти давлуми лерал чили бала! Илала къакълабси ХIинтIин ше бяхIла хъаркьамаличибси амъур шинна урунжли хIябцIалицад шинкьа тIашбизагарли дукьакьутири. Илис алавти шимала халкь — Меусишала, КIишала, Уркухъла, Бускрила, Сирагьила, Мугрила, МулебкIила, Миръакила ва цархIилтала — ризкьи делкьес ила башутири, хаслира дегъти дусмазиб. Бутаула — янилизибра ванаси мер саби, сенкIун ил кIапIбуцили саби Къябала къакъли, ГIинкъурбала бяхIли, ЧIакала бяхIли, ДагIла унцца хъябли (лит. ДягIла унза хъябли). Шурла бяхIлира сунела дулгъа ила чебушили саби. ХIера, лерилра илди дубурти илис бугIярдеш къизхIебикIахъес, дугIби пяхъхIедикIахъес къарауйчирти сари. Илбагьандан ишар сегъунти-дигара духълуми духъутири. Нушани дубуртачир хIедухъути хIяжланкIи булан делгIира. Бутаурти дахъал вавакьарличир тухъли хIердирути мирхъила даршал-имцIа нушала тIакьа дири. Халаси варъа кайсира. Ишаб бучибси варъа гIяхIси саби бикIули, ил асес дура шимала адамти булан мурталра баши.
Алавчарти вацIурбазир жура-журала дахъал жаниварти ва цархIилти мицIир жан дири. ТIабигIятла ил жагадешра давлара адамтани мяштIдири. ВикьиркайкIули дукьути шинкьбала тIамали ва жура-журала арцантала вичIиръалали илдала гьав ахъбурци.
Гьанна?! Ишарти дугIла цурмала хIункьри, пачалихъли дахъдаахъес кадатурти гьинтби, синкби, гурдни, гIярми — лерилра илди къирдарили агара. Къакъбунала, кIанрибала, кьари гIяргIнала Бутаула бучIахъути итцад жагати тIамри, макьамти бекIлил агардиублири, гIянцIси лехIдеш сабри. Илдира къирдарилри. ЧяхIла тIамали лебилра Бутаула зайбикIахъуси урунжла шинра ясирдуцес (царахIи ардукес) гьанна бузули биалли, сейкIуси?! Язихъ Бутаула! ПухIлала къазван белтIи саби.
...ГIе-е, иргъулра ухънала децI.
Бутаула
Январь. Хоть и светило солнце, погода была прохладной. Оглушая местность вокруг Бутаулы своим громким тарахтеньем трактор рыл канаву, чтобы проложить трубы для отвода воды. Тишину, которая царила здесь веками, сегодня нарушали эти необычные звуки.
Медвежонок выбрался из берлоги и вышел из леса.
Жадный взгляд Мажара Али, который работал на тракторе, приметил его в тот же миг. Коричневая мягкая шерсть и короткие ушки маленького зверька топорщились, выражая недоумение — что же это такое круглое?
Не подозревая о грозящей ему опасности, он, переваливаясь, пошел навстречу бегущему к нему человеку.
Мажар Али схватил его в охапку и потащил к людям, которые работали с ним. — Мы получим отличный доход, — весело сказал он.
— Какой может быть доход от этого небольшого клубочка?
— Да разве можно отнять жизнь у такого красивого малыша?! — сказал другой.
— Э-э, глупый! Речь не о нем, а о его матери.
— А где же она?
— Я заставлю её прийти сюда.
— Не говори глупости! Думаешь, она придет сюда просить, чтобы ты вернул ей детеныша?!
— Да-а, именно так. Дай-ка, сюда эту веревку ...
Мажар Али подвесил медвежонка на ветку дерева.
Тот, бедняга, без остановки жалобно кричал и стонал.
— Пошли теперь, спрячемся в лесу, — сказал двуногий «зверь» товарищам.
— У нас говорят, что медведя нельзя убивать. Это грех, — сказали ему.
— Кто сейчас о грехах думает! Все заняты обогащением. А грех ляжет на меня...
Заглушив работающий трактор, они спрятались в лесу. Один Аллах знает, сколько они там прождали! Разбуженная непривычным шумом медведица, в поисках своего детеныша, наконец, вышла из леса.
На опушке, почувствовав что-то неладное, она остановилась и огляделась вокруг. Хотела было обратно вернуться в лес, но услышав жалобные крики детеныша, поспешила к нему — любовь победила в ней страх. Когда она приблизилась к дереву, то зло, которое всегда носил с собой Мажар Али, прервало ее жизнь. Быстро освежив, он разрубил её на части.
— Такое мясо продам дороже, чем говядину.
И у меня купят, потому что медвежатина — лекарство! — Он не уставал радоваться. — И за шкуру хорошие деньги дадут!
— А мы? Все продашь, а нам что? — спросили товарищи.
— Разве я могу вас обидеть?! Одну ляжку с удовольствием здесь съедим все вместе. Ну-ка, разожгите огонь, поставьте на него казан...
...Услышав о произошедшем, завсегдатаи годекана высказывали свое неодобрение. Многие говорили, что у них не принято убивать медведей.
— Разве те, с удовольствием пожирал мясо бедной мамаши, сами не звери? Только двуногие.
Народ и так уже был недоволен тем, что воду из-под Бутаулы в другое место отводят.
— Абакар, ты сын Умалата, известного хозяина мельниц во всей Бутауле, родившийся и проведший здесь детство. Я слышал, что ты приехал, услышав о народном недовольстве. Не объяснишь мне, почему этим сельчанам так дорога Бутаула? — обратился я к нему.
Абакару было уже восьмидесят с лишним лет и долгое время он жил в городе.
— Это правда, — сказал он. — Когда я услышал, что воду большого родника на склоне Красной воды отводят в другое место, мне стало неприятно, поэтому приехал. Лет пять-шесть тому назад я был там, ездил проведать родину моих родителей, и, увидев, что прежнее природное богатство уничтожено, очень сильно расстроился. Кому это может понравиться? Неужели последние крохи уничтожить решили?! — с горечью сказал Абакар.
— Росскажи о тогдашней Бутауле, пусть нынешнее поколение наших сельчан тоже знает.
— Когда увидел, какая она теперь... даже говорить об этом тяжело. Но как бы там ни было, расскажу. Бутаула, — начал он, поудобней усаживаясь на доске, положенной на камни годекана, — это удивительное место. Аллах подарил ему все красоты природы, заселил самыми разнообразными живыми существами.
А если заглянуть в его сердце, кто знает, какие богатства нашлись бы там!
Чистейший ключ на самой вершине склона Красной воды давал возможность без остановки работать почти тридцати мельницам. Жители всех окружных сел — Меусиша, Киша, Уркарах, Бускри, Сираги, Мугри, Мулебки, Миръаки и других — приходили сюда молоть зерно, особенно в засушливые годы.
В Бутауле — тепло и зимой, потому что это место укрыто за спиной горы Каба, его защищают Пещерный склон, Орлиный склон, Перевал ветряных ворот. Свой рукав закинул туда и Склон валунов. Все эти горы стоят на страже Бутаулы, следят, чтобы морозы не лютовали щдесь, ветры не били. Поэтому тут росли невиданные растения. Даже сеяли кукурузу, которая никогда в горах урожай не давала. Над медоносными травами Бутаулы жужжали пчелы ста с лишним наших ульев. Много меда выкачивали мы. Он считался очень полезным. Чтобы купить его, к нам приезжали люди из разных аулов. В здешних лесах было много разного зверья. Все кто приезжал сюда, завидовали жителям этих мест из-за богатой и красивой природы. Поднимали людям настроение звуки работающих мельниц и щебетанье разнообразных птиц. А теперь?! Где стада диких кабанов, оставленные государством на размножение? Где антилопы, медведи, лисицы, зайцы? Все уничтожены, нет никого. Как были красивы красивые звонкие голоса куропаток, перепелок, фазанов, наполнявшие Бутаулу! Они совершенно исчезли, теперь здесь царит глухая тишина. Их тоже уничтожили. Что говорить... Теперь и падающую со звонким мелодичным шумом воду ключа, хотят отвести куда-то в другое место... Бедная Бутаула! Она обобрана, как ощипанный гусь... Да-а, понимаю и сочувствую горю старика.









