Тысячи
литературных
произведений на59языках
народов РФ

Паломничество

Автор:
Абдуселим Исмаилов
Перевод:
Виктор Куллэ

Паломничество

Драма в двух действиях и восьми картинах

 

Действующие лица:

ПИР-ГАСАН, хранитель святых мест

АНГЕЛ

ШАЙТАН

ДАГЛАР, чабан

Паломники:

     АХУНДОВ, большой начальник

     ДЮЗЕНАЛИ, маленький начальник

     ПУЛАТ, начальник без должности

     СЕРИНАТ, молодая женщина

     СЕЛЯХ, молодой мужчина

     МАНАТ, мать Селяха, пожилая женщина

     КУРДУЛ, человек Пулата

ЖЕНСКИЙ ХОР

ДРУГИЕ ПАЛОМНИКИ

 

Действие I

Картина 1

Вершины Шалбуздага[1] освещены зарей. У дороги наверх совершает намаз Пир-Гасан. Издалека доносится звук свирели. У куста с крупными желтыми цветами[2] прохаживается Шайтан. Неподалеку от него Ангел собирает в букет альпийские цветы.

ХОР
Аллах един! Пророк велик!
Творец в начальный час
Святую гору здесь воздвиг,
Чтобы возвысить нас.
Паломничество — зиярат —
Тем отворит врата,
Кто пред Всевышним не грешат,
Тем, чья душа чиста.
Душа, что даровал нам Бог,
Чиста, как горный снег.
Лишь тот, кто впрямь душой высок,
Зовется «человек»!

ШАЙТАН
С красой цветов цехрека здесь, в горах,
Я думаю, навряд ли что сравнится.

АНГЕЛ
Ты восхваляешь?

ШАЙТАН
                                    Подойди и глянь.

АНГЕЛ
И без того мне есть на что смотреть:
Весь склон порос альпийскими цветами.

ШАЙТАН
Убогие цветы.

АНГЕЛ
                        Но почему?
Их лепестки воистину прекрасны.

ШАЙТАН
Но красоту спокойно топчут овцы —
Пусть к этим чашам подойдут.

АНГЕЛ
                                               Нет-нет!
К твоим цветам и пчелы не летят.
Их красота бесплодна — не дано
Ей сладостного порождать нектара…

ШАЙТАН
Ты подойди поближе, мне не слышно.
Смотри: нектар сочится на соцветьях.

АНГЕЛ
Не может быть!

ШАЙТАН
                        Сам подойди и глянь.

АНГЕЛ
И где?

ШАЙТАН
            Да вот он: сладок, как шербет.
Попробуй!

АНГЕЛ
            Нет, не стоит.

ШАЙТАН
                                   Я так выпью.

Пьет жидкость, вытекающую из чашечки цветка.

Какая сладость! Дивный аромат!

Показывая на другую чашечку цветка.

Теперь хлебни и ты. Не пожалеешь!

АНГЕЛ (пьет нектар из цветка)
Но это вовсе не нектар! Отрава!
Жжет горло! Лопается голова!

Теряет равновесие.

ШАЙТАН (открыто насмехаясь)
И поделом! Я сбил тебя с пути!

АНГЕЛ
Так ты Шайтан?

ШАЙТАН
                        Да, Ангел, я — Шайтан!
Тебя стократ хитрее и сильнее!

АНГЕЛ
Что с головой? Как будто камнепад,
Со скал сорвавшись, размозжил мне череп!
Спасите! Правоверный, помоги!

Шатаясь, направляется в сторону молящегося Пир-Гасана.

ШАЙТАН (злорадствуя)
Ага! Пускай прервет его молитву,
Испортит! Я для вас недосягаем!

Ангел проходит мимо Пир-Гасана, не замечая его.

ДАГЛАР (где-то поблизости)
Тр-рач, безголовые! Щипать цехрек
Нельзя — ведь передо́хнете, дурашки!

ШАЙТАН (скрываясь в листве)
Хозяин этих гор. Его ярлыга[3]
Опасна. Этим горцам не указ
Ни Ангел, ни Шайтан. Пожалуй, спрячусь.

ДАГЛАР (заметив молящегося Пир-Гасана, про себя)
Здесь вроде овцы были у куста,
Куда они девались?

Ворошит в кусте ярлыгой.

                                    Чтоб ты сдохла!

Из-под куста выскакивает Шайтан.

Ох, не овца! Глаза меня морочат.
Шерсть вроде носит, но — о двух ногах…
Каких чудес не сотворил Аллах!
Тысячекратно славьтесь, наши горы!
Един Аллах и справедлив Пророк!
Здесь ежегодно взрослые и дети,
Мужчины, женщины идут, надеясь —
К паломничеству трудному предлог —
Узреть в горах неведомое чудо.
И вот — я только что узрел. Покуда
Подобного в горах я не встречал.
Вот Пир-Гасан — почтенный аксакал.
Как расскажу: овца на двух ногах…

ПИР-ГАСАН (завершив намаз)
Все в этом мире сотворил Аллах!
Он создал землю, Небеса создал.
Он сотворил меня. Пускай я мал —
Но ввысь всегда упорный взор простерт!
Я — человек! Я этим званьем горд!
Пусть обречен вернуться в землю — ты
Мечтаешь все ж достигнуть высоты.
Хвала Творцу, что создал нашу явь!
Нас милостью Своею не оставь,
Пусть нас не покидает высота!

Завершив молитву.

И что твоя ярлыга от куста
Хотела? Куст — Всевышним сотворен…

ДАГЛАР (растерянно)
Пускай твою молитву примет Он!
Доброго утра! Рассуди, мудрец:
Я у куста увидел двух овец.
Одна — клянусь, что это не брехня! —
На двух ногах удрала от меня…

ПИР-ГАСАН
Вторая дикой тенью пронеслась
Там, где я коврик расстелил, молясь, —
Едва не сшибла…

ДАГЛАР
                        Дивные дела…
И та овца на двух ногах была?

ПИР-ГАСАН
Я не заметил. Овцы, мне сдается,
Не мчат стремглав аллюром иноходца.

ДАГЛАР
И кто же здесь пронесся ураганом?

ПИР-ГАСАН
То Ангел был, обманутый Шайтаном.

ДАГЛАР
Как Ангел?

ПИР-ГАСАН
                        А под шкурою овечьей
В кустах сидел Враг Человека вечный.

ДАГЛАР
В овечьей шкуре?

ПИР-ГАСАН
                                    Испокон времен
Преследует нас днем и ночью он.

ДАГЛАР
А Ангел?

ПИР-ГАСАН
            Тоже вечно рядом с нами.
Благими помыслами и делами
Он помогает праведным блеснуть…
А тот, другой, спешит запутать путь.
С рождения у нас всю жизнь подряд
Шайтан и Ангел за плечом стоят.

ДАГЛАР
И у меня?

ПИР-ГАСАН
            Да разве чабаны
От прочих смертных чем отделены?

ДАГЛАР
Чабан всю жизнь без дома, без семьи,
Он обречен пасти стада свои.
Паломников я зрел тысячекрат,
Но сам взойти на гору не готов.

ПИР-ГАСАН
Не ощущаешь тяжести грехов?

ДАГЛАР
Безгрешных не бывает, говорят.
Я на земле живу немало лет.

ПИР-ГАСАН
Ты прав. Безгрешных в этом мире нет.
Но, полагаю, невелик их груз.

ДАГЛАР
А я всю жизнь мечтаю, что взберусь,
Достигну очищающих вершин,
Что служат нам святилищем души.
Проходят годы, и страшусь: вот-вот
В душе стремленье к чистоте умрет.

ПИР-ГАСАН
Ты к очищению придешь в свой час.
Как и когда — не суждено нам знать.

ДАГЛАР
Спасибо, Пир-Гасан, ты каждый раз
Умеешь добрым словом окрылять.

ПИР-ГАСАН
Ступай. Пускай Шайтан не подберет
Ключей к душе. Да Ангел и не даст.

ДАГЛАР
Ох, что-то зачастил сюда народ,
А за отарой нужен глаз да глаз.

ПИР-ГАСАН
Там люди — знать, пришли издалека.
Сюда они поднимутся вот-вот.
Пускай наверх дорога нелегка —
Шаг каждый к очищению ведет.
Даглар уходит, Пир-Гасан садится на камень рядом с тропой.

ХОР
Гора Шаблуз, наш Эренлар[4],
Очисти нас от зла.
Сюда взойдет и млад, и стар,
Чтобы душа жила.
Подлец и прохиндей втройне
Удачливей в делах.
Что человечность не в цене,
Твердят на всех углах.
Бесчестные во власть пришли.
Неверные — в мечеть.
От праведных их отдели,
Нет больше сил терпеть.

 

Картина 2

Сцена не меняется. Хор постепенно сходит на нет. Издалека слышится песня.

СЕРИНАТ (поет)
Родные, милые края,
Как горный воздух сладок!
Так отчего ж душа моя
Не обретет порядок?
Рай в поднебесной вышине —
Взмыть ввысь душе охота,
Но обломали крылья мне.
Без крыльев нет полета.
Угасла девичая прыть,
Недостижимо счастье.
Как близких радостью дарить,
Когда в душе ненастье?

На тропу выходят Селях и Манат. Они чем-то недовольны, оглядываются.

МАНАТ
И не проси, сынок, не будет толка.
По-своему поступит, не иначе.

СЕЛЯХ
Эй, Серинат! Иди сюда скорее!

Матери.

За нами вслед гурьбой идут мужчины.

МАНАТ
Я знаю.

СЕЛЯХ
            Может, с ними подойдет?

МАНАТ
Всегда всё делает наоборот!
Глаза б мои ослепли, чтоб не видеть!
Похоже, ничего у нас не выйдет…

СЕЛЯХ
Эй, Серинат!

МАНАТ
            Не слышит и не глянет.
Пусть будет мужем, мне ль свекровью станет —
Перетерплю и этот горький срам.
Присядь, сынок. Дай отдышаться нам.

СЕЛЯХ
Ее мужчины догоняют.

МАНАТ
                                   Вижу,
Но что уж тут поделаешь с бесстыжей?
Покрасоваться хочется тайком…
Зачем бесплодная вошла в наш дом?
За сына страх давно сжимает грудь.

У Селяха начинаются судороги, мать пытается ему помочь.

Хотя бы здесь ты человеком будь!
Чтоб ты сама так корчилась от боли!
Иль гнев святых тебе не страшен боле?
Садись, сынок. Она забыла честь,
Узрев, что песне слушатели есть.

Селях падает на землю.

Сынок! Аллах Всевышний, охрани!
На помощь, шейхи, пиры![5] Где они?
Верните сыну силы — может статься,
И мы наверх сумеем к вам подняться.
Эй, Серинат, уймись! Как мир жесток!
Он умирает, бедный мой сынок!

С разных сторон приближаются Ангел и Шайтан.

ШАЙТАН
Ну наконец-то, умирает! Пусть!

АНГЕЛ
Безгрешен и беспомощен. Молюсь
Об исцелении твоем — быть может,
Аллах в несчастии тебе поможет.

ШАЙТАН
Нет, ни за что!
Ангел с Шайтаном дерутся.

ПИР-ГАСАН (вставая с камня)
                        Поможет, и легко.
Аллаха милосердье велико,
А люди лишены его, похоже.

Ангел и Шайтан расходятся в разные стороны. Пир-Гасан подходит к Манат.

МАНАТ
Мой сын! Святой, спаси его! О Боже!

ПИР-ГАСАН
От зла обережет его Творец.
Припадки часто?

МАНАТ
                        Да, святой отец.
Он крепким и здоровым был всегда.
После женитьбы в дом пришла беда.

ПИР-ГАСАН
Когда любви и уваженья нет,
Женитьба может стать причиной бед.

МАНАТ
Вдруг порчу навели? Одни догадки!
Но с каждым днем все тяжелей припадки…
Как изменились люди! Вот беда:
Ни совести в них нет и ни стыда.

ПИР-ГАСАН
Вставай!

МАНАТ
            Спаси сыночка моего!

ПИР-ГАСАН
Аллах управит: все в руке Его.
Господь Всевышний, милосерден будь!

Проводит руками над лицом Селяха, читает молитву, после этого дует ему в лицо.

Вставай, сынок, и продолжай свой путь.
Верь: вера в Вышнего сродни броне.

СЕЛЯХ
Да, добрый человек. Без веры мне
В ногах и вправду не достанет сил,
Чтобы подъем к вершинам совершил.

МАНАТ
Пусть дó ста лет твои продлятся дни!
От зла Господь тебя оборони!
Чем отблагодарить — не знаю я…

ПИР-ГАСАН
Пусть легкой будет вверх тропа твоя.
Пир-Гасан возвращается на свое место.

СЕЛЯХ
С кем, мама, здесь вели мы разговор?

МАНАТ
То Пир-Гасан. Хранитель здешних гор.
Святой: обычный человек на вид,
Но молвит слово — камень сокрушит.

СЕРИНАТ (одухотворенная)
Вовек бы я не покидала гор…
Он чистый человек, уйми свой вздор,
Стыдись хотя бы этой седины.

СЕЛЯХ
Он чистый? Чем? И чем мы так грязны?
Что ты болтаешь? Стыдно, видит Бог!

СЕРИНАТ
Сам помолчи! Опять в припадке слег?
Коль духом слаб — и пиры не спасут.

МАНАТ
Спасли уже.

СЕРИНАТ
            Он бледен и согнýт.
Сосуд с остывшей кровью, а не муж.

МАНАТ
Язык злословьем осквернять к чему ж?

СЕРИНАТ
А твой язык, как змеи, ядовит.
Все осудить безвинно норовит:
Оправдываться вечно я должна.
Пусть я отстала — в чем моя вина?
Петь песню — разве это страшный грех?
Воскресла я благодаря горам.
Надеюсь: вот поднимемся мы вверх —
И счастье снова в дом вернется к нам.
Он — муж, а я — законная жена,
Коль что не так — готова потерпеть.
Болезнь его мне до того страшна,
Что стать счастливой не надеюсь впредь.

МАНАТ
Разве не ты в несчастья ввергла нас?

СЕРИНАТ
Я?

СЕЛЯХ
            Прекратите тотчас же! Сейчас!
От вашей свары все пошло вразброд!
Когда в наш дом согласие придет?
Не ссориться сюда мы поднялись,
А чтоб мечты заветные сбылись.
Молитесь!

СЕРИНАТ
            Завершим сперва подъем,
потом о помощи молить начнем.

Переходит на песню.

Мои мольбы, мои мечты
Прозрачнее стекла.
Без счастья — все слова пусты.
Жизнь попусту прошла.

МАНАТ
У тех, кто любит, не отнять
Былых счастливых дней.
Грех на прошедшее пенять —
Вдруг в будущем страшней?

СЕРИНАТ
Быть несчастливою, видать,
Навек мне суждено.
Ведь от судьбы своей сбежать
И в горы не дано.

СЕЛЯХ
Несчастливы — но вместе до сих пор.
К чему вести бесплодный разговор?

СЕРИНАТ
Я говорю о счастье — и оно
Лишь мне одной принадлежать должно,
А общему — невелика цена.
Летает птица в небесах одна.
Коня седлает лишь один джигит.

СЕЛЯХ
Довольно слов пустых. Нам предстоит
Подъем. Когда достигнем высоты,
Проси какого хочешь счастья ты.
А я затем отправился в подъем,
Чтоб вымолить дитя…

СЕРИНАТ
                                   И я — о нем…

МАНАТ
Вы — мое счастье! Но мечта — о том,
Чтоб детский плач и смех согрел наш дом.
Аллах, нас милостями не оставь,
И путь к счастливому концу направь!

Берут вещи, продолжат путь. С другой стороны появляется группа мужчин.

 

Картина 3

Дюзенали обводит рукой вокруг. Ведет себя, как хозяин.

ДЮЗЕНАЛИ
Здесь через год дорогу проложу,
Чтоб на машине можно было вверх подняться
В мгновенье ока.

АХУНДОВ
                        Разве легкий путь
К лицу паломнику? Коран нас учит
Путь зиярата проходить пешком.

ПУЛАТ
А через пару лет я наверху
Гостиницу хорошую построю.
Паломников все больше с каждым годом.

АХУНДОВ
Гостиницу? Я это одобряю.
Но это требует немалых средств.

ДЮЗЕНАЛИ
Да, ведь вести строительство в горах
Всегда недешево — одни дороги
затребуют существенных вложений.

ПУЛАТ
Мои заботы. Но и вы должны
Помочь: кто наверху замолвит слово,
Кто с финансированием поможет.
Раз я решил — то, значит, так и будет.
Дюзенали, пути обратно нет.
Поможешь. Не захочешь, так заставим.

АХУНДОВ
Все это хорошо. Но разве пиры
Дозволят нам нарушить их покой?
А вдруг они не стерпят святотатства?

ПУЛАТ
Святынь и пиров опасаться глупо.
Все зло и беды от людей исходят.

ДЮЗЕНАЛИ
Вы правы оба. Сделаем привал.
Дорогу здесь построить очень трудно.

ПУЛАТ
Все будет! И гостиницу построю,
И раскошелиться тебя заставлю —
Район ведь твой. Твоей дорога станет,
И средства изыскать — твоя забота.

Из-за камня появляется Шайтан, подходит к Дюзенали, шепчет ему на ухо.

ШАЙТАН
Разве не ты здесь власть? Глава района!
Как разговаривает он с тобой?
Не унижайся перед ним! Смелее!

ПУЛАТ
Пустяк району оплатить дорогу!

ДЮЗЕНАЛИ
Бюджет района — это не кормушка.

ШАЙТАН (Пулату на ухо)
Да он тебя открыто унижает!

ПУЛАТ
А мы — не скот. Когда приспичит — сами
Бежите к нам за помощью, прося,
Чтоб там — принудили, там — наказали,
Суля в награду горные вершины.
Знай, бумерангом может все вернуться.

АХУНДОВ
Мне ваша перепалка не по нраву.
Хотя бы здесь свои разборки бросьте.

ПУЛАТ
Конечно. Ты ведь тоже их вожак.
Ты над хакимами хаким в столице.
Своим — в ущерб, зато чужим — на пользу.
Такую должность сладко ль занимать?

ШАЙТАН (радуясь)
Да! Так его! Пускай теперь ответит!

ДЮЗЕНАЛИ
Эй, не хами! Чуть уваженья к старшим!

ПУЛАТ
Знай место и помалкивай! А то…

ДЮЗЕНАЛИ
Что «то»? Впрямь насмешил!

ПУЛАТ
                                               А то сниму,
Как некогда поставил.

ДЮЗЕНАЛИ
                                   Слишком поздно.

ШАЙТАН (Пулату)
Он над тобой смеется! Будь смелее!

ПУЛАТ (взяв за грудки Дюзенали)
Осел, однажды досыта наевшись,
Пустился вскачь и сверзился с обрыва.

АХУНДОВ (разнимая)
Друзья, не стоит быть самим ослами.
Зачем пустились в этот трудный путь?
Ведь ссориться внизу гораздо проще.

ПУЛАТ
В горах свидетели не помешают.

ДЮЗЕНАЛИ
Он хочет, чтобы я ему платил,
Чтоб пополнял бездонные карманы.
Где денег взять? Он не один такой:
Всем дашь — и не останется на дело.
А перед проверяющими — мне
Держать отчет, как перед гончей сворой.

ПУЛАТ
Молчал бы лучше. Каждый кабинет
У нас в районе — пункт для сбора взяток.
«Десять процентов» — так тебя прозвали.
Без них — пустяшной подписи не ставишь.

Шайтан, радуясь, прохаживается от одного к другому.

От вас одни расходы: вас корми
Да и пои по первому разряду.
Вы вымогаете у всех подряд:
У женщин, стариков! Стыд потеряли,
Сосете кровь народа, как пиявки!

ДЮЗЕНАЛИ
Вах! Экая возвышенная речь!
Охолони, а то смешно, ей-богу.
Ты точно так же деньги вымогаешь.
От наших рук хотя б никто не гибнет:
Живыми все уходят. Скольких ты
Со своего пути убрал?

ПУЛАТ
                                   Я вижу,
Ты к ним намерен присоединиться?

ШАЙТАН (Пулату)
Ай, молодец! Поставь его на место!

АХУНДОВ
Ребята, вы же давние друзья,
Зачем же ссориться вам без причины?

ПУЛАТ
Причина в том, что близок день расплаты.

ШАЙТАН (Дюзенали)
Он оскорбил тебя! Так дай ответ!

ДЮЗЕНАЛИ
Еще вопрос: к кому придет расплата.

ШАЙТАН (Пулату)
Похоже, он в ответ тебя пугает.

ПУЛАТ
Мной был проплачен твой приход на должность,
Мои ребята путь к ней расчищали.

ДЮЗЕНАЛИ
Пустое. Эти деньги не твои —
Угрозами их отнял у народа,
Мечты и чаяния растоптав.

ПУЛАТ
Народ растоптан вами, лжевожди!

ДЮЗЕНАЛИ
Не нами — вами! Вы — лжепатриоты!

ПУЛАТ
Каков подлец!

ДЮЗЕНАЛИ
                        От подлеца и слышу!

Пауза. Шайтан ударом по плечу будит не участвующего в споре Курдула.

ШАЙТАН
Пора тебе вмешаться в эту свару.

Курдул, не произнеся ни слова, подходит к Дюзенали и приставляет к его лбу пистолет.

ПУЛАТ
Запомни, ты передо мной — букашка.
Поразмышляй об этом на досуге.

АХУНДОВ
Знай, что так сложно, — я бы не приехал.

ПУЛАТ
Да не трясись, почтеннейший хаким,
Ведь пуля — не тебе…

АХУНДОВ
                                   Я не боюсь…

ПУЛАТ
Ну вот и славно! Правильный ответ!

Опускает руку Курдула.

Он глух и нем, почти что незаметен.
Один мой знак — и пустит пулю в лоб.

ШАЙТАН (Пулату)
Так дай же знак! Пускай судьба свершится!

ПУЛАТ
Пока не время. Не взыскал долги.
Шайтан подходит к Дюзенали.

ШАЙТАН
Как долго будешь дерзости терпеть?
Ведь ты — района этого хозяин,
Или ты вовсе не глава района?

ДЮЗЕНАЛИ (осмелев)
Терпенью моему пришел конец!
Тебе я больше ничего не должен!

АХУНДОВ
Ну хватит, хватит. Стыдно, право слово…
Вдалеке появляется Пир-Гасан. Шайтан уходит.

ПУЛАТ
Я глотки всем заткну. Тогда и хватит.

АХУНДОВ
Я повторяю: хватит пререкаться.
Старик подходит с белой бородой.

ДЮЗЕНАЛИ
То Пир-Гасан — хранитель мест священных.

ПУЛАТ
Хозяином здесь скоро стану я.

Пулат с Курдулом уходят. Пир-Гасан подходит к остальным.

 

Картина 4

ПИР-ГАСАН
Ассалам алейкум, сыновья!

ДЮЗЕНАЛИ
Ваалейкум ассалам, святой старик.
Я издали услышал чей-то крик.
Здесь отношенья выяснять не след.
Вы ссорились как будто?

ДЮЗЕНАЛИ
                                   Нет же! Нет…

ПИР-ГАСАН
Я лгу?

ДЮЗЕНАЛИ
            Мы лишь повздорили чуть-чуть…

ПИР-ГАСАН
А коли нет — так продолжайте путь.

ДЮЗЕНАЛИ
Ты нас прощаешь, человек святой?

ПИР-ГАСАН
Да. В этот путь не стоит брать с собой
Причин к раздорам. Зиярат ведет
К вершинам очистительных высот,
Дарует счастье, изгоняет злость.

ДЮЗЕНАЛИ
Святой, к нам из столицы прибыл гость.

ПИР-ГАСАН
Всех благ ему на праведном пути.

АХУНДОВ
Мы, грешною землей спеша пройти,
Стыдимся к небу поднимать глаза…

ПИР-ГАСАН
Здесь свято все: земля и небеса.
Здесь каждым, кто поднялся, дорожат.
Здесь лишь с собою допустим разлад:
Вглядись в сумятицу души своей,
Сквозь сито совести ее просей.
Отринь обиды и чужую ложь —
В горах перед Всевышним предстаешь
Ты без посредников. Как есть. Один.

Поворачивается к горам.

Хвала Тебе, Творец! Аллах един!
Хвала высокой мудрости Твоей
И милосердию к делам людей!
Ты верному укажешь верный путь,
А к заплутавшим — милостивым будь.
Путь к очищенью — тяжек и суров.
Тем выше благодать Твоих даров!

Пир-Гасан отходит в сторону. Дюзенали и Ахундов продолжают путь наверх. С разных сторон появляются Ангел и Шайтан. Начинают воспевать то, чему они служат.

АНГЕЛ
Как ненависть искоренить дотла,
Как душу укрепить невинным людям,
Когда находится под властью зла
Все, что им дорого, все, что мы любим?

ШАЙТАН
Пускай стремятся к цели напролом,
Ни крохой не желая поделиться.
Враждой, взаимной ненавистью, злом
Добро бессильное искоренится!

АНГЕЛ
На совесть бесполезно уповать.
Взываешь к ней — сочтут за идиота.
Прежде бессовестным считался тать,
Теперь вокруг бессовестных без счета.

ШАЙТАН
От совести и вправду проку нет:
Не насыщает. Мучает и ранит.
Пусть на земле ее исчезнет след —
И вечный праздник для меня настанет.

АНГЕЛ
Каким путем мне следовать? Каким
Лекарством озверенье исцелится?
Глас милосердия невнятен им.
Сколь долго этот беспредел продлится?

ШАЙТАН
Ступай куда угодно! Все пути,
Похоже, лишь ко мне приводят ныне.
Грабь, предавай, безудержно блуди —
Всласть проживешь в свободе и гордыне.

ХОР
Грядущее, пусть твой приход
Рассеет мишуру.
Пусть зло в зародыше умрет.
Дай победить добру!
Велик Аллах! Его почтив,
Мы свято чтим закон.
Но что ж так мир несправедлив?
Неужто болен он?

 

Действие II

Картина 1

Авансцена. Селях и Серинат ходят и любуются горами.

СЕЛЯХ
В долинах, Серинат, темно уже —
Полны вершины солнечного света.

СЕРИНАТ
Благословенны горы! Здесь в душе
Надежда солнечным лучом согрета.
Смотри! Вот-вот — и скроется вдали,
Уйдет животворящее светило!
О солнце милое, свой луч пошли,
Чтоб кровь в уснувшем лоне пробудило,
По кровотоку зернышком пройдя,
Чтоб озарило материнства светом!
А урожаем — на руках дитя!

СЕЛЯХ
Светило, я молю тебя об этом!
Дай матерью ей стать, а мне — отцом!
Тогда все переменится, я знаю,
И счастье снова озарит наш дом!

СЕРИНАТ
Селях, я это лучик ощущаю!
Так жарко нежит! Обними скорей,
Забудем все размолвки между нами!
Держи меня! Своим теплом согрей!

Бросается в объятия Селяха.

СЕЛЯХ (целуя и обнимая жену)
И у меня в крови пылает пламя!

СЕРИНАТ
Нет! Здесь грешно! Меня снедает страх:
Святых и пиров ощущаю взоры.

СЕЛЯХ
Они простят нас.

СЕРИНАТ
                        Астафириллах![6]
Боюсь…

Высвобождается из объятий.

            Простите нас, святые горы.
Взгляд гор я кожей чувствую — они
Глядят на нас. А может, смотрят мимо.
Огромны, величавы. Сам взгляни:
У каждой облик свой неповторимый.
Там — человек: глаза, и нос, и рот.
А там — два тура скрыты облаками.
Там — птица приготовилась в полет.

СЕЛЯХ
Все это камни. Лишь большие камни.
Что на душе — то и увидит глаз.
Пора обратно. Мать заждалась нас…
Пожар в крови нисколько не погас!

Селях и Серинат уходят, с другой стороны появляются Дюзенали и Курдул.

ДЮЗЕНАЛИ
Ты видел, что там делали они?
Где не склоняет женщина мужчину
К греху?

КУРДУЛ
            Пусть, ведь они — жена и муж.

ДЮЗЕНАЛИ
И что?

КУРДУЛ
            Они в своем законном праве,
Хотя совсем друг другу не подходят.

ДЮЗЕНАЛИ
Да, верно. Слишком уж она красива,
А у таких в семье всегда проблемы.
Не зря так любит посещать застолья.

КУРДУЛ
Но ведь она их посещает с мужем.

ДЮЗЕНАЛИ
Так что? Случается, замужних тянет
И нá сторону… Хорошо б ее
В палатку нашу ночью затащить.
На муженька все свалим.

КУРДУЛ
                                   А не жалко?

ДЮЗЕНАЛИ
Вы посмотрите: просто ангелок!
Ты говоришь про жалость? Это ново!

КУРДУЛ
Так что же? Я таков, какой я есть.
Отдашь приказ — без слов его исполню.
Что до глупца, которому готовишь
Ловушку, — он меня за человека
И вовсе не считает, подсадив
На эти вот проклятые уколы.

Достает из сумки шприцы.

Пошлет на дело — расплатиться медлит.
Я клянчить должен у него на жизнь,
Как пес голодный! Хватит! Надоело!

ДЮЗЕНАЛИ
Так сделай дело. Хватит говорить —
Такого случая не будет больше.
Здесь каждый удручен своей бедою,
И замысел наш воплотить нетрудно.

КУРДУЛ
Отдай приказ. А я давно готов.

ДЮЗЕНАЛИ
Держи! Здесь — половина. Остальное
Отдам, как только мы вернемся вниз.

Что-то передает.

Но чтоб в дальнейшем ты меня не видел,
А я — тебя. Нет сил его терпеть!
Он — или я! Давно стоим на грани.

КУРДУЛ
Все сделаю как надо! Решено!
Уходят в разные стороны.

 

Картина 2

В глубине стоит святилище — пир. С одной стороны палатка, с другой — домик для паломников. У входа Пир-Гасан совершает намаз. Вокруг сидят паломники.

ХОР
Лаиллаха-илаллах[7] —
Священный зикра[8] зов.
Лаиллаха-илаллах —
На много голосов.
Благословенный Эренлар,
Паломники пришли
К тебе с мольбой: и млад, и стар.
Спаси и исцели!
Лаиллаха-илаллах —
Священный зикра зов.
Лаиллаха-илаллах —
Храни нас от врагов!

Среди занятых личными помыслами паломников ходят Ангел и Шайтан.

АНГЕЛ
Эй, люди! Каждому — судьба своя.
Аллах простит вам ваши прегрешенья,
За добродетели воздаст стократно
На небесах. А здесь, на высоте,
Едины вы. Пред Богом — одиноки.
Крал — отвечай. Пред совестью грешил —
Покайся. Мало сделал добрых дел —
Пытайся вспомнить те, что все же были.
Зло сеял, с умыслами или без,
Скрывать бессмысленно — неверный путь
Оставь, другим ступить не дозволяй.
Запомните: все доброе и злое,
Что вы свершили, — неизбежно станут
Свидетелями вам на том суде
Где Вышний взвесит все деянья ваши.
Так верьте! Пусть к добру ведет ваш путь.
Здесь небом ясным горы вас встречают —
Пусть ясны будут души и умы.

ШАЙТАН
Здесь каждого гнетет своя беда!
Пустое слово — добродетель. Саван —
И тот не сшить. Не утоляет жажды,
И брюхо не набьет. Вокруг лишь камни —
Они к людским мольбам от века глухи.
Горам до вас и вовсе дела нет.
Воруешь — вор. Убьешь — убийца. Блуд
Тебе по сердцу — проститутка. В праве
Всяк поступать так, как ему угодно.
Нелепо очевидность отрицать.
Ты станешь сыт и удовлетворен —
Кто, как не Бог, послал тебе удачу,
Что добродетель посрамить смогла?
Раз так, то взвешивать и вовсе глупо.
На горы не надейтесь: вы пришли
И вы уйдете — все им безразлично.
Пусть каждый следует своим путем,
Спешит свои желания исполнить…

ПИР-ГАСАН (завершив молитву)
Пусть вас услышит Просветливший Свет!
Молитесь — воспоследует ответ.
Пусть вам расцветшая надежда в срок
Плоды приносит! Все управит Бог…
Не слушайте Шайтана — это зло.
Пусть осенит вас Ангела крыло,
Чтоб пир свидетельствовал на суде
Всегда в защиту ваших добрых дел.
Вы думаете: высоко в горах
Далеки пиры от людей? Аллах
Намного выше всех земных высот.
Он видит всех насквозь, и в свой черед
Он каждого к ответу призовет.
И ты поверил этому? А как же…

ШАЙТАН (Пулату)
Он, Всемогущий, не приемля зла,
Нам дозволяет черные дела —
Те, за которые потом накажет?

1-Й ГОЛОС
Святой, слова, что на устах твоих, —
Как из Священного Корана стих.

2-Й ГОЛОС
Пусть к людям будет милостив Аллах,
Когда качнутся души на весах!

ПУЛАТ (все это время смотрит на Серинат и строит ей глазки)
Скажи нам, старец, о простом, земном.
Вот — пир. И кто же похоронен в нем?
Ты хочешь знать историю, сынок?
Раб, преданный Аллаху. Видит Бог —
Такой, как ты и я. Он ел и пил.
Но он всегда в имане[9] крепок был.

ПУЛАТ
Обычный человек! Ты сам сказал!

ПИР-ГАСАН
Предстать перед Аллахом час настал.
Всевышний, чистоте души дивясь,
Решил, что низкая земная грязь
Пятнать святому душу не должна.
Была на небо плоть вознесена
На голубиных ангельских крылах —
К тому Престолу, где царит Аллах.

ШАЙТАН (Пулату)
Не уступать! Он это все наврал!

ПУЛАТ (с иронией)
Где ты подобных голубей видал
У нас в горах? Расправили крыла —
Была б не столь дорога тяжела,
В пути наверх мы не сбивали б ног.
Зачем страдать дозволил людям Бог?

Паломники с недоумением смотрят друг на друга.

ПИР-ГАСАН
Лукавство примешалось к словесам.
Идти наверх решает каждый сам.
Тем, кто не верит в сказанное мной,
Вполне довольно участи земной.
Не богохульствуй, коль поднялся вверх!

Пир-Гасан встает и заходит в дверь пира. Паломники начинают возмущаться.

1-Й ГОЛОС
И правда, богохульство — страшный грех!

2-Й ГОЛОС
Кощунствует, свою являя спесь!

3-Й ГОЛОС
Не веришь? Для чего тогда ты здесь?

ПУЛАТ
Родные дети пиров… Может быть,
И вправду верят?

3-Й ГОЛОС
                        Как без веры жить?

ШАЙТАН (Пулату)
Уже себя за ангелов сочли.
Вправь им мозги! Всю правду говори!
Такая мелочь — а тебе перечит…

ПУЛАТ
Коль вы и впрямь родные дети пиров,
Что ж в гору поднимались на машинах?
А знаете ли, кто по этим склонам
Сюда, наверх, дорогу проложил?

ДЮЗЕНАЛИ
О чем ты? Кто б ее ни проложил,
А все равно принадлежит народу.

Дюзенали и Ахундов уходят в палатку. Курдул встает и подходит к Пулату.

ПУЛАТ
Вы вверх добрались по моей дороге!

1-Й ГОЛОС
Впредь на нее пускай никто не ступит!
Не нужно было строить здесь дорогу —
Паломники в горах проторят путь.
А сейфы неподъемные — на них
По три замка висят?

ПУЛАТ
                                    Они мои!

3-Й ГОЛОС
Всем миром люди деньги собирали —
они твои?

ПУЛАТ
            Я оплатил дорогу,
А там — гостиница в ложбине будет.

2-Й ГОЛОС
Нам вовсе не нужна твоя дорога,
Да и гостиницу не стоит строить!
Здесь — пиры! К ним паломники веками
Идут без помощи таких, как ты.
Мы жить в твоей гостинице не станем.
Строй — но держись подальше от святынь.
Зря ты поднялся на гору — черна
Душа твоя, а помыслы опасны.

ПУЛАТ
Мне жалко вас. Довольно чушь молоть.
Для пиров я ценнее вас намного.
Вы поднимаетесь молить и клянчить,
Я — чтобы что-то дать и им, и вам.
Руке дающей люди благодарны,
А попрошайки получают палкой!

Курдулу.

Пусть попрошайничают. Мы уходим.
Посмотрим, кто возьмет в итоге верх.
Уходят в палатку, усмехаясь.

СЕЛЯХ (жене)
Куплей-продажей занят человек.
Может, базар намерен здесь устроить?

МАНАТ
Сынок, не слушай этого глупца,
Не вмешивайся. Пусть несет что хочет.
Будь стоек. Подчини себя молитве.

1-Й ГОЛОС
Астафириллах, астафириллах…

2-Й ГОЛОС
Астафириллах, астафириллах…

3-Й ГОЛОС
Будь милосерден, Всемогущий Рабби!
Прими моления рабов Своих!
Чтобы сестра вкусила материнства,
Чтоб муж ее осилил свой недуг.
Сердца у нас раскрыты пред Тобой.
Душа идет за ангелами следом,
Лукавого шайтана презирая.
Тот нам не друг, кто слушает шайтана.
Обоим им свое проклятье шлем!..
Внезапно поднимается ветер, налетают черные тучи, становится темно, гремят молнии.

ПИР-ГАСАН (выходя из пира)
Как туча черная, в горах кочуя,
Проклятие пойдет за ними следом.
В ней зреет ураган — а мы не чуем,
Пока не грянет гром, и молний светом,
Что даже душу раздирает в клочья,
Гнев праведных небес не разразится
Над грешниками алчными воочью.
Ведь алчности не свойственны границы:
Она весь Божий мир пожрать готова,
Тела и души пощадит едва ли,
Чтобы вершины мира и основа
Навек потоком слез и крови стали.
Что в этом мире происходит с нами:
Вражда подобна утоленью жажды,
Но люди не подозревают сами,
Что собственной враждой отравлен каждый.
Коль алчен — куколкою шелкопряда
Сплетает нить и на себя мотает.

Ураган усиливается, люди в страхе ищут убежища.

Сам зло творит, и сам его страшится,
Сам у себя свободу отнимает.
За все Всевышнего благодарите!
Пусть алчность и грехи людские тоже
Им посланы на землю — вы творите
Их сами. Будь же милосерден, Боже!
Вы верьте, что молитвою своею
Очиститесь. Всевышний ей внимает.
Укройтесь в домик — ураган сильнее.
Зайдите в пир, коль места не хватает.

ХОР
Жизнь без имана — так и знай —
Достойна лишь невежд.
Нас в дикий хаос не ввергай,
Не рви на нас одежд.
Аллах! Святые пиры с ним —
Не отвращайте лик
От оскверненной злом людским
И страждущей земли.
Все волей полнится Твоей.
У каждого — свой путь.
Спаси, Господь, своих детей!
К нам милосерден будь!

 

Картина 3

Ветер затихает, но вокруг по-прежнему темно. Селях и Серинат выходят из домика.

СЕРИНАТ
Ты видел, изменилось все вокруг:
Светило солнце — сделалось темно.

СЕЛЯХ
В горах чудес встречается немало.
Какой поднялся неуемный ветер
И тотчас превратился в ураган.
Все закрутилось, словно жернова,
И так же резко вдруг остановилось,
Как будто в небе перекрыли кран.
Но все теперь темней. Садится солнце.
Ты рядом — но почти тебя не вижу.

СЕРИНАТ
Селях, мне кажется, что ураган
Ответом стал словам того глупца.
Все видели, как здесь он усмехался.
Живут же в мире дерзкие такие!
Зачем, скажи, к святыням он пришел?

СЕЛЯХ
Святыни на него свой гнев обрушат.

СЕРИНАТ
И поделом!

СЕЛЯХ
            Нет, снова с рук сойдет,
Как прежние деяния его.
Я разное слыхал о нем давно.
Он друг хозяину района. Даже,
Говаривают люди, у того
Путь к должности его деньгами выстлан.

СЕРИНАТ
Кто ж он, коль должности такие дарит?

СЕЛЯХ
Не дарит — просто продает за деньги.
Давно бесхозной сделалась страна:
Все грабят, продают, все отнимают.

СЕРИНАТ
Ворам — раздолье. Это ведь беда!

СЕЛЯХ
Все четверо так неприятны мне.
Зачем они поднялись в наши горы —
Я не пойму.

СЕРИНАТ
            У всех, Селях, ей-богу,
Такие отвратительные морды.
Особенно у этого глупца.
Я зикр творила. Он смотрел, негодник, —
Терялась я, твердя слова молитвы.

СЕЛЯХ (в гневе)
Но ты вела себя с ним тоже как…

СЕРИНАТ
Как я вела себя? Скажи, Селях?

СЕЛЯХ
Так! Значит, мать во всем была права…

СЕРИНАТ
В чем? Что она тебе наговорила?

СЕЛЯХ
Она сказала, что ты пела песню,
Чтоб перед ними всласть покрасоваться.

СЕРИНАТ
Вот за кого меня ты принимаешь?
Не я ль твоя жена по шариату?
Я не гулящая, не проститутка —
Иль мать твоя меня в кустах поймала,
Застала в чьей-нибудь чужой постели?
Иль я другому родила дитя,
Тебя предав? Ответь мне, почему
Вам мысли в голову такие лезут?
Живем вдвоем. Ты — муж, а я — жена.
Решил, что мы друг другу не подходим, —
Зачем во всем подозревать измену?
Убей меня! Вниз со скалы столкни!

Плачет, отходит в сторону и исчезает в темноте. Селях, уняв гнев, замечает, что ее нет рядом.

СЕЛЯХ
Эй, Серинат! Прости, я виноват.
Пусть мой язык отсохнет, дорогая,
За то, что глупости молол без края!
Ну где же ты, откликнись, Серинат!
Перед ним возникает Курдул.

КУРДУЛ
Ты что-то потерял?

СЕЛЯХ
                                    Нет, ничего.

КУРДУЛ
Кого зовешь?

СЕЛЯХ
            Зову свою жену.

КУРДУЛ
А где она?

СЕЛЯХ
            Она в тумане скрылась.
Мы говорили…

КУРДУЛ
                        Ты ее обидел —
Она ушла.

СЕЛЯХ
            Ей некуда уйти.

КУРДУЛ
Куда ж она исчезла среди скал?
Не ведаешь? Так я скажу, что жены,
Решив рогатым сделать муженька,
Легко найдут, куда уйти. Такой
Красивой, как твоя, намного проще.

СЕЛЯХ (в судорогах)
Прочь с глаз!

КУРДУЛ
                        Ты это мне?

Наносит удар.

СЕЛЯХ (пытаясь подняться на ноги)
                                   Эй, Серинат!

КУРДУЛ
Заткнись!

СЕЛЯХ
            Ведь мы же были с нею вместе.

КУРДУЛ
Зачем торчать в горах? Ей хорошо
В объятиях достойного мужчины,
Что красоту ее ценить умеет.
Он речи дерзкие здесь вел. Ты — пес,
Он — лютый зверь. И он ее увел.

СЕЛЯХ
Собачий сын! За что меня ударил?
Как смеешь оскорблять мою жену?
Оставь меня!

КУРДУЛ
            Оставлю! Получай!

Бьет. Селям ударяется о камни и замолкает.

Такой жене достойный нужен муж —
Не тот, что дохнет с одного удара.

Появляются Ахундов и Дюзенали.

ДЮЗЕНАЛИ
А это кто? Откуда здесь мертвец?

КУРДУЛ
Муж той, кого в палатку затащили.

АХУНДОВ
И вам не жаль ломать чужие судьбы?

ДЮЗЕНАЛИ
Доколе нам жалеть чужих? Пойдем
Заглянем в пир священный к Пир-Гасану.
Он разобижен из-за слов Пулата —
Попросим извинений.

АХУНДОВ
                                   Стыдно мне.
Зря согласился я поехать с вами.
К чему мне ваши грязные разборки?

ДЮЗЕНАЛИ
Да ладно. Все в итоге будет так,
Как мы задумали.

АХУНДОВ
                        Но мое имя
Начнут склонять на всех углах. Зачем
Я с вами только поднимался в горы?

ДЮЗЕНАЛИ
Ты с нами не сегодня был — всегда.
А имя не запачкаешь, не бойся.
Все будет очень хорошо, увидишь.

Заходят в помещение пира. Появляются Ангел и Шайтан.

ШАЙТАН
Какой почин чудесный дан
Началу темных дел!
За ураганом ураган
В горах давно назрел.

АНГЕЛ (ходит вокруг мертвого Селяха)
Несчастный! О таком конце
Не знал наверняка.
Нет ни кровинки на лице,
И помощь далека.

ШАЙТАН
Туманы, тучи, все сюда!
Пусть мир покроет мгла!
Пусть в каждый дом придет беда —
Вот рук моих дела!

АНГЕЛ
Туманы, прочь во весь опор!
Уймите, тучи, прыть!
Чтоб видеть нам вершины гор,
О людях говорить.
Услышьте же Господень глас
Все жители земли!
Мы сами человечность в нас
Под корень извели.

Ангел и Шайтан пускаются в танец-единоборство. Раздаются выстрелы. Курдул выходит из палатки с пистолетом в руке, подходит к мертвому Селяху, вкладывает пистолет ему в руку.

КУРДУЛ
Вот пистолет, что застрелил Пулата.
Теперь прославишься — пожалуй, скажут:
Тот, кто убил любовника жены!
А Серинат жива. Бери себе.

Курдул убегает, из пира и из домика выходят паломники.

МАНАТ (заметив Селяха)
Селях, сыночек мой! Что приключилось?
Ты почему молчишь? Эй, Серинат!

ДЮЗЕНАЛИ
А где Пулат?

АХУНДОВ
                        Эй, женщина, не трогай!

МАНАТ
Там пистолет! Откуда? Мой Селях
Ни разу не держал его в руке.

ДЮЗЕНАЛИ
Да, пистолет. Его он держит крепко.

АХУНДОВ
Так кто убит?

ДЮЗЕНАЛИ
                        Не знаю.

АХУНДОВ
                                   Где ребята?

ДЮЗЕНАЛИ
Пулата нет. Бесследно он исчез.
Кто б мог подумать, что такой конец…

МАНАТ (обеими руками бьет мужчин)
Не смейте, изверги, смотреть на нас!
Передо мной мой сын — и он не дышит!
Эй, Серинат! Ты где, моя невестка?
Что ночью приключилось с вами, дети?

ДЮЗЕНАЛИ
Мы выясним, что здесь произошло.
Ты, женщина, покамест помолчи!

МАНАТ
Не женщина я! Перед вами мать,
Что ваших матерей ничуть не хуже.
Убит мой сын! Что сделали вы с ним?
Кто здесь прохаживался с пистолетом?
Вы грешники! Вас не страшит Аллах!

Со стороны палатки возвращается Курдул.

КУРДУЛ
Пулат убит! Он там лежит, в палатке!
Вот он его убил!

Показывает на Селяха.

МАНАТ
                        Селях — убил?
Ни разу в жизни он не брал оружья…

Паломники направляются к палатке. Манат садится радом с сыном.

ХОР
Астахфириллах[10], астахфириллах!
Страшит в душа разлад.
Всемилостивейший Аллах,
Не низвергай нас в ад!
Родник Твой чист. Прохладен он.
Щедра рука Твоя.
Всяк будет в жажде утолен —
Пусть даже и змея.
Но зла бесчинству не позволь
Всю землю захлестнуть.
Пусть поплатится ангел — коль
Избрал шайтана путь.
Астахфириллах, астахфириллах!
Коль мы сошли с тропы,
Всемилостивейший Аллах,
В нас веру укрепи!

Туман рассеивается, открываются горы. Из палатки выходит Серинат с растрепанными волосами, подходит к лежащему Селяху.

СЕРИНАТ
И пиры-шейхи не пришли на помощь —
Знать, не дошли до них молитвы наши…
Селях, какой ты совершил поступок?
Я дорога была тебе настолько?

МАНАТ
Будь ты несчастна!

СЕРИНАТ
                        Я и так несчастна —
Возрадуйся! Земля и небо, люди,
Узнайте: я ни в чем не виновата!
Моя вина лишь в том, что я несчастна —
Страшнее не придумаешь врага
И беспощаднее нет приговора.
Зачем меня оставили в живых?
Я принимаю все! Селях, прощай!
Прощайте, мама!

МАНАТ
                        Уходи!

СЕРИНАТ
                                   Уйду,
Ничто меня не держит больше в мире.

С печальной песней уходит прочь.

Уйду, как тучи с гор под ветрогоном
И как лавины сходят, тяжелы.
Спущусь с вершины, как заря по склонам.
Обрушусь вниз, как камень со скалы.

Идя за счастьем, этот мир покину —
Друг где-то поджидает за стеной.
Я легким ветром всколыхну долину,
Прохладой стану в нестерпимый зной.

Аллах не услыхал молитвы куцей.
Жизнь — смертный грех. Как жить, его тая?
Здесь те, кто счастлив, весело смеются
Над теми, кто несчастен. Так, как я.

 

Картина 4

У дороги совершает намаз Пир-Гасан. У куста с крупными желтыми цветами прохаживается Шайтан. Ангел собирает луговые цветы.

ХОР
Аллах един! Пророк велик!
Творец в начальный час
Святую гору здесь воздвиг,
Чтобы возвысить нас.
Паломничество — зиярат —
Тем отворит врата,
Кто пред Всевышним не грешат,
Тем, чья душа чиста.
Душа, что даровал нам Бог,
Чиста, как горный снег.
Лишь тот, кто впрямь душой высок,
Зовется «человек»!

ШАЙТАН
В горах случиться может все. И нет
Чего-либо, к чему я не способен.
Цветок любимый!

АНГЕЛ
                        Луговые — слаще,
Чем этот твой отравленный кустарник.
Однажды истребят его под корень,
Чтоб сделались луга сочней и краше.

ШАЙТАН
Нет, не дождешься!

АНГЕЛ
                                    Этот твой кустарник
Никто на хворост даже не возьмет.
Тьфу! Мерзостный сорняк, что всеми проклят!

ШАЙТАН
Пусть! Таково его предназначенье:
Лишь подойдешь — и голову закружит.

АНГЕЛ
Довольно бед вчерашних: богохульство,
Предательство, коварство и убийство.

ШАЙТАН
Я честно говорил, что я сильнее:
Тебе и многим голову вскружил.
Не зря слышны в долинах плач и горе.

АНГЕЛ
Тьфу, ненавистный!

ШАЙТАН
                                    Те, кто клял меня
И на тебя с надеждой уповал —
Чем все для них закончилось в итоге?

АНГЕЛ
Стремились к материнству и к отцовству —
А ты и вовсе жизни их лишил.
Теперь открыто радоваться смеешь?

ШАЙТАН
Я радуюсь, что я исполнил долг.
И ты б свой долг так честно исполнял.
Зачем ты их привел к священным пирам?
Зачем не смог меня остановить?

АНГЕЛ
Тьфу! Ты свои извечно строишь козни.
Все перекрыть окольные пути
Я не могу.

ШАЙТАН
            Ты тоже всюду лезешь.
Мне добродетель расставляет сети
И развернуться не дает порой.

АНГЕЛ
В итоге добродетель победит!

ШАЙТАН
Припомни, что в долинах плач и горе, —
Сам этому свидетель!

АНГЕЛ
                                    Замолчи!

ШАЙТАН
Я замолчу. Услышь несчастий голос.
Молчу и вовсе ухожу…

Шайтан прячется за куст, Ангел уходит вглубь луга, откуда появится плачущая Манат.

АНГЕЛ (уходя, издалека)
                                   Аллах!
Зачем ты ниспослал меня на землю,
Коль я бессилен страждущим помочь?
Не видишь разве, что творит Шайтан?

Появляется потрясенный увиденным Даглар.

ДАГЛАР
Эй, Пир-Гасан! Эй, человек святой!
Откуда там, в долинах, плач и горе?
Я видел здесь ужасную картину.

ПИР-ГАСАН
Даглар, у горя множество причин,
Но что ты здесь ужасного увидел?

ДАГЛАР
Там, под большой скалой, мои собаки
Шумели, отдаляясь от отары.
Сперва подумал: чуют волчий запах —
Но нет. У них на зверя лай иной.
Я подошел. Там женщина лежала
На окровавленных камнях. Мертва.
Там кровью вся трава окроплена.
Глаза ослепли, голова кружилась.
Я сам едва не превратился в камень.
Ужели для несчастной не нашлось
Внизу обрыва, чтоб с него бросаться?
С каким она не совладала горем?
Быть может, недруг тело сбросил вниз?..

ПИР-ГАСАН
Не знаю. От людского зла уйдя,
Давно я здесь пристанище обрел.
Но зло и здесь пустить успело корни.
Тревожусь, что земля теряет святость
И ныне горы недостойных терпят.
Когда все это видишь с высоты,
Куда от зла мне спрятаться? Не знаю.

ДАГЛАР
Ты прав, ей-богу. Я ведь тоже видел,
Что разные сюда приходят люди.
Кровь у иных в глазах — они убийцы.
Но больше тех, что на воров похожи.
Так много лиц противных, неприятных…
Я, видя их, похоронил мечту
Подняться самому к святыням-пирам.

ПИР-ГАСАН
То право каждого. Не поднимайся,
Коль так тебе подсказывает сердце.
У каждого из нас своя дорога,
И помыслы у каждого свои,
Но путь паломничества — это свято.

ДАГЛАР
Прислушайся… Там, где-то между гор,
Плач женский эхом ходит…
                                               О Аллах!
Я лишь чабан, пасу свою отару,
Не вмешиваясь в тропы восхождений.
Зачем ты мне все это показал?
Зачем глазам усталым видеть зло?

ПЛАЧ МАНАТ (приближается)
Помощи от пиров святых
Не получившие дети мои!
Радости, счастья, всех благ земных
Не вкусившие дети мои!
Следовали тропой мечты,
Хотели счастливой, крепкой семьи —
Молния грянула с высоты.
Сердца пронзила вам, дети мои!

Пир-Гасану.

Ты, Пир-Гасан, человек святой,
Ответь мне, как получилось так,
Поблизости с праведной высотой?
И кто он, наш беспощадный враг?

ПИР-ГАСАН (тяжело встает)
О бедная, твои вопросы боль
Мне причиняют. Горы промолчали,
Узрев такое зло. Так кто наш враг?
Я полагаю, это зависть, алчность!
Они нас отвращают от имана,
Молитву подменив набором слов.

МАНАТ
Но нас сюда не алчность привела —
Мы шли, чтоб нашим горем поделиться…

ПИР-ГАСАН
Да, дочка, я ничуть не сомневаюсь.
На этой высоте как раз и ждут
Тех, кто сюда восходит с чистым сердцем.
Хватает и того, что там, внизу,
Скопилось столько нечисти и грязи!
Теперь для них сюда открыли путь —
На высоту, в обитель чистых душ.
Что говорить? Я пред тобой повинен.
Язык мой слаб, и голова поникла.
Но все в руке Аллаха! Даже зло
Вчерашнее. Он видит и рассудит…

МАНАТ
Пусть он посмотрит на мое несчастье,
Судьбу мою рассудит роковую.
Уговорила сына и невестку
Сюда взойти, чтоб вымолить сынка.
От них —окровавленные тела.
Зачем мне жить? Я с первой же скалы
Готова броситься.

ПИР-ГАСАН
                        Не богохульствуй.
Знать, их судьба была предрешена.
А от судьбы куда бежать?

МАНАТ
                                   Лишь в горы,
Подальше от низин, где правит зло,
Несправедливость и бесчеловечность.

Из-за поворота навстречу появляются Ахундов, Дюзенали и Курдул.

Глядите, богохульники идут
И лицемеры! Их святые пиры
И чистые дороги восхождений
Лишь раздражают. Каждый — сам шайтан.
Папаха, борода, большая должность
И даже представительство народа —
Лишь ширма, за которой скрыта суть.
Отдав на откуп алчности, обману,
Они простых людей ввергают в рабство,
На путь неправедный толкают их.

АХУНДОВ
Уйдем скорей от этого кошмара.

ДЮЗЕНАЛИ
Эй, женщина, зачем так говоришь?
Не ты одна здесь понесла утрату —
Наш друг погиб…

МАНАТ (прервав его)
                        Злодеи! Сколько ж вас,
Неверующих, что примкнули к вере,
Как будто чистое белье надели
На ваши грязные тела и души!
Надеетесь, Аллах не видит сверху?
Ответите за преступленья ваши!
Манат бросается на них, те бегут к Пир-Гасану.

ДЮЗЕНАЛИ
Прости нам, Пир-Гасан, почтенный старец,
То, что вчера устроил спутник наш.
Как будто мало видел там, внизу,
Неверных жен. Он слишком был испорчен
И получил, должно быть, по заслугам.
Нам жаль несчастных, что вчера погибли.

ПИР-ГАСАН
Прочь! Уходите! Если гнев Аллаха
Вас не страшит — побойтесь гнева гор!
Вряд ли они терпеть так долго станут,
Что камни окровавлены, что кровью
Там, на лугах, замараны цветы.
Трава следы подобных вам хранит —
Но хлынут ливни и тропу очистят.
Задуют ветры — подметут за вами.
Прочь! Прочь! Покиньте чистые высоты!
Здесь место пирам, тем, кто чист душою, —
Не вам, что присягнули року зла.
Но знайте, что однажды день настанет
Перед Всевышним вам держать ответ,
Перед судом грядущих поколений.
И наказанье будет беспощадным,
Неотвратимым! Помните об этом!

Вдруг поднимается ветер, слышатся гром и молния. Манат исчезает в темноте, лишь издалека доносится ее крик.

МАНАТ
Ама-а-ан!..

ХОР
Гора Шаблуз, наш Эренлар,
Нам ниспошли в нужде
Единства, правды, веры дар!
Не оставляй в беде.
Что человечность не в цене —
Твердят на всех углах.
Подлец и прохиндей втройне
Удачливей в делах.
Коли богохульники, врали
Смешали ложь и явь —
От праведных их отдели,
А нас от них избавь.

Горы окутаны тьмой, кружатся ветры. На высоте сияет лик Пир-Гасана.

ПИР-ГАСАН
Эй, люди! Вы, чья непомерна алчность,
Кто зависти прельщен одеждой жалкой!
Трус, меч несправедливости поднявший,
Не ведает, что справедливость — щит!
Эй, те, что набивают животы
Телам, что душ давным-давно лишились!
Вы не страшитесь завтрашнего дня?
За днем придет неотвратимо ночь.
Совсем не обязательно, чтоб каждый
На тяжкий путь паломничества встал.
Важнее жизнь пытаться сделать чистой:
Быть чистым в своих помыслах, поступках,
Стремиться к очищенью и добру,
К единству слов и дел… Аллах Единый
Ты справедлив. Дай нам судьбу по вере,
Направь нас в жизни праведным путем!
Лик Пир-Гасана меркнет. Горы обретают прежний вид.

ХОР
Грядущий день, грядущий час,
День нынешний — долой!
Злых помыслов лишите нас
И вражьей воли злой!
Душа вступила с телом в спор:
Зовут нас впереди
Священные вершины гор!
Но как на них взойти?

 

Занавес.


[1] Шалбуздаг — покрытая вечными снегами гора в Дагестане, исстари считается священной. По легенде, паломники, поднимающиеся на нее, проходят по узкой теснине, преодолеть которую способны только люди с чистой душой. Считается, что подъем на Шалбуздаг исполняет заветные желания. Некоторые верующие полагают, что семь восхождений приравниваются к паломничеству в Мекку.

[2] Рододендрон желтый (Rhododéndron lúteum) — кустарник из семейства вересковых, листья и цветы которого ядовиты. Мед, собранный с цветов рододендрона, ядовит даже для пчел. В «Анабасисе» Ксенофонта описывается случай массового отравления войска этим «сумасшедшим медом», содержащим андромедотоксин. Плиний Старший и Страбон описали случаи боевого применения местными жителями андромедотоксина против армии Помпея. Местные названия растения, встречающиеся на Кавказе: азалия, горький чай, бешеный хворост.

[3] Ярлыга — длинная палка с железным крючком, при помощи которой пастухи ловят овец.

[4] Эренлар — святилище на вершине Шаблуздага.

[5] Пиры — «старцы». Суфийские святые. Пиром также называют могилу (мавзолей), в которой похоронен пир (святой).

[6] Мольба о прощении: «Да простит меня Аллах!»

[7] «Нет божества, кроме Аллаха».

[8] Зикр — духовная практика в исламе, заключающаяся в многократном произнесении молитвенной формулы, содержащей прославление Бога.

[9] Иман — вера в истинность ислама; вера в Аллаха, ангелов, Священные Писания, пророков, Судный день, в воздаяние за добро и зло.

[10] «Да простит меня Аллах».

Рейтинг@Mail.ru