То спускаясь в овраг, то горой крутой...

Автор:
Шарип Цуруев
Перевод:
Виктор Куллэ

*     *     *

Айми чохь, гу болчохь керчар ца лагІдеш,
Дикка гуотийси сан дахаран чкъурго.
Сан даго — жимачу цу дилхан цуьрго —
Іаьршашка кхийдийна ойланаш лахъеш,
Уьншарахь хьакхар ца хьаькхначух терра
Цхьа ирча цІийзар цо долийна хІинца.
ХІун дер ду, хетарехь, ширбелла-кх бера…
Ва амма йиш ма яц новкъахь чкъург хийца,
Аьтто бац тоян а, цІан ца ло хаттах.
ТІедеа-кх со хІинццалц кхаьрдинарг нахах:
Деза сан тетта а, текхо а дахар…
«Цу меха дуй-те и» — ас хьаьнга хатта?
Іесачу шеконийн гулам а хилла,
И хаттар жоп доцуш дисна-кха латта…
«Керччачул карча, чкъург, хир шена хирриг»,
Боху ас — кху хьолехь и ду-кха атта.

*     *     *

То спускаясь в овраг, то горой крутой
мчит судьбы колесо — нет конца дорог.
Сердце — мяса и мышц крохотный комок —
вздумало издавать странный скрип порой.
Приземлённей теперь мыслей толкотня —
больше о небесах мне не помечтать.
Может, где-то в пути стёрлась шестерня?
Невозможно в пути колесо менять,
впредь идти мне вперёд на своих двоих.
С тем столкнулся, что сам не любил в других:
век тянуть и толкать, что уже не мил.
«Стоит ли?» — так вопрос задан напрямик.
От кого ждать ответ и кого спросил —
не пойму. И в ответ до сих пор не вник.
«Что ж, крутись, колесо, сколько будет сил», —
сам ответил. И мне легче в этот миг.

Рейтинг@Mail.ru