На могиле поэта

Автор:
Геннадий Ояр
Перевод:
Геннадий Смирнов

Поэтын шӱгарвалныже


Ик семынак йӱр выжгыкта,
ӱмбачышт пурак лончым ӱштыл,
Пеледышым шокшын шупшалын,
ик семын мардежше пуа.
Ик мландыште нуно кият —
тора гынат, улыт пеш лишыл:
Алабога ма,
Ваганьково
я Сент-Женевьев-де-Буа...

А мые Турунысо ӱшыкын
ик кӱкшакаже воктеке
Чыла поэт-влакын лӱм дене
пеледше май кечын мием.
Тайналтме гай лийыт
пушеҥге-влак шыпак кок веке,
Палатыс: пырля Мланде шарысе
уло Поэт ешым мый намием...

Ик Мландыште нуно кият.
Тудын верчынак шӱмышт пудештын.
Но илыше-шамычше веле
пудештме ты йӱкым ышт кол.
Туге: соҥгыра улына.
Илена арамланак пуредыл,
Да мыскынь лӱмнерна
эше мыскыньрак лиеш шол.

Турунысо ӱшыкым выж-ж тарватен,
кожганат лышташ-шамыч —
Чыла толшо-влак
иканаште тыге шӱлалтат.
Мыят шӱргем дене ты шӱлышын
шӱлыкшым рашак шижамыс.
Шижам, кузерак чуриемым
ош тӱнян шем пуракше деч шӱялтат.


Ом шоно, ом вучо, —
но тудо лиешыс садикте —
Ик татыште пӱтынь Сандалыкым
чонышко пыштыме жап,
Да Чон ден Сандалык
эре-эрелан лийыт икте,
Да ӱштылт йомешыс вӱдтолкынла
мландыште коштмо межам.

Мый Кече тӱнян сотыж дене
тендан дек мием,
Тендан лӱмеш шочшо
чыла мурымат намием,
Палем кеч: тунам кӱлеш ыле
чыла мурыжат, —
Но палыза манын:
тӱняште ила эше пырт порыжат...
Пырля колышташ мыланна
кӱшнӧ йӱр выжгыкталмым...

Пырля келанаш,
колын шошо лышташ кыжгыкталмым...
Ик мланде — Турун
але Сент-Женевьев-де-Буа...
Левалге юж толкын
чурийышке эркын пуа...

На могиле поэта

 

И там он, и здесь — моросит —
дождь с пылью с надгробий стекает.
И ветер целует цветы —
для всех его нежность одна.
Близки все поэты земли,
что в вечности пребывают:
в Елабуге,
или в Ваганьково,
иль в Сент-Женевьев-де-Буа...

В Туруново* кладбище есть,
на взгорке за городом древним.
В обитель печали и дум
поклон приношу я весной.
Расступятся вновь предо мной
сирени кусты и деревья.
Наверное, знают они:
всё братство поэтов со мной.

Спят дети планеты одной.
Сердца их от боли взрывались
Во имя живущих людей,
но взрывов не слышен был звук.
Живём мы, глухи и слепы,
на ближнего огрызаясь, —
Ничтожна, смешна суета
без веры, без счастья и мук.

Нарушив щемящую тишь,
в безветрии дрогнули листья —
Пришедшие рядом со мной
все разом вздохнули друзья.
Дыхание чувствую я,
волнуясь и лёгкие чистя,
И даже дорожную пыль
как будто вбирает земля.

Не жду ничего наперёд,
но знаю: мгновенье настанет —
Слепяще вселенная — вся! —
вместится в раскрытую грудь.
Сольётся с пространством душа,
и сердце стучать перестанет,
Сомкнутся дороги земли,
где мой обозначился путь...

Но знайте: сюда я вернусь
весной согревающим светом
И песни свои принесу,
из тех, что звучат веселей.
Пусть песни другие поют
и люди не слышат поэтов,
Поверьте: пока ещё есть
добро на родимой земле, —

Нам слушать серебряный звук,
что дождик рассыпал над нами,
И шелест листвы молодой
услышит могильная тьма.
И ветер подует в лицо,
касаясь прохладно устами,
в Туруново или в Ваганьково,
иль в Сент-Женевьев-де-Буа...


* На Туруновском кладбище рядом с Йошкар-Олой покоится безвременно ушедший из жизни выдающийся марийский поэт Валентин Колумб.

Рейтинг@Mail.ru